Два Олега. Памяти Даля и Янковского

Дата: 27-08-2009 | 23:52:55

1
В белом марте трава не растет на дворе,
И куда же деваться лесной детворе:
Саламандрам, ежам и пичужкам?
Занят дом пустоты да чужими снегами,
Бабу, что ли слепить, сотворить оригами,
Медяки рассыпая по стружкам?

На Ваганьковском тихо, цветов еще нет,
Над землею клубится предутренний свет,
Силуэты бомжей на скамейках,
В эту постную пору иных силуэты
Над землею встают, до сих пор не отпеты,
В сапогах, телогрейках.

Помянем их сквозь морось эпохи чумной,
Бессловесно ушедших и тех, кто собой
Возвестил о весне и надежде,
С веток падает дождь, с неба – хмурая влага,
До ограды и тайны два тоненьких шага,
И роса на руках и одежде.

2
«Здравствуй, Мюнхгаузен», - говорит Бог,
«Здравствуй, Бог», - говорит Мюнхгаузен,
Он натягивает порыжевший сапог,
«Вот, - говорит, - молодец Мюнхгаузен!»

Сегодня будет охота. Вальдшнепы летят.
С криком пронзают их многократное тело
Раз и два, и тысячу раз подряд
Всех семи небес золотые стрелы.

«К жизни готов?» - вопрошает Бог,
«К жизни и смерти», - барон отвечает,
И ставит на облако скрипящий сапог:
На первое, на второе… И небо слегка качает.

И плывет по небу сребролицый олень,
Расцветает вишня и и бабочка льется
Словно речь, звучащая ночь и день,
День и ночь, пока вместе с ветром не оборвется.

Спасибо за стихи, Саша.