Неуловимость жизни. Размышления о сквозной теме лирики Олега Горшкова.

Есть одна стержневая тема, которая пронизывает собой всю лирику поэта Олега Горшкова. Даже если поэт изо всех сил пытается "спрятать" её за кавалькадой образов, чтобы потом неожиданно проговориться блоковской обмолвкой… Если в двух словах, тема эта - неуловимость жизни.

И вот имя её названо, но что из этого следует? Как это понимать? Жизнь вроде бы и даётся человеку, да не за что её ухватить. Самые, казалось бы, настоящие и прочные вещи, узы, отношения между людьми на поверку оказываются непрочными и призрачными. И человеку страшно оттого, что душа его никак не может обрести, если можно так выразиться, "почву под собой". И "мера вещей", о чем, наверное, догадывался Протагор, к сожалению, не отличается у человека постоянством, поскольку непостоянен сам человек. Он никак не может исчерпать гнездящуюся в нём любовь, реализовать её, "перелить" в любимых людей - и на этом успокоиться. Человек не в силах ограничиться малым: он хочет довольствоваться великим!

…как будто можно впрок
налюбоваться хрупким этим светом,
всё выговорить в смуте беглых строк,
напраздноваться, надышаться ветром,
взять если не уменьем, так числом
проб и ошибок, чтобы, пусть отчасти,
пусть лишь на миг, почувствовать потом,
как нестерпимо призрачное счастье.

Насытившемуся, казалось бы, впрок человеку спустя некоторое время вновь нестерпимо хочется есть. И не вся пища, которой он питался раньше, доступна всегда. Некоторые виды духовного и телесного удовольствия дороги, дефицитны и одноразовы.

Мысля парадоксально, герой Олега Горшкова убежден: для того, чтобы осилить "текучесть" мгновения, нужно… медленнее жить. Как это? Наверное, прежде всего, зарезервировать за собой как можно больше одиночества. Пушкин, например, был убеждён в том, что в жизни важно "успеть обо всём помыслить". Получается, чем медленнее живешь, тем быстрее мыслишь? Прав ли был Высоцкий, умоляя: "Чуть помедленнее, кони"?

Нет, никак не хочет поверить человек, что на всех путях-дорогах ждёт его фиаско. Лирический герой Олега Горшкова отчаянно "цепляется" за милые сердцу вещи, старается удержать их в воображении, оставить в стихах - как будто ему разрешат путешествовать в жизнь иную с томиком своих стихов.

Приходит время медленнее жить.
Преследуемый собственною тенью,
вновь сознаешь, что жизнь принадлежит
свихнувшемуся богу нетерпенья.

Взрослея, человек устает от скорости собственной жизни. Но, по зрелом размышлении, приходишь к неутешительному выводу, что все эти суждения об изменении скорости жизни - не более чем лукавые уловки ума. Как выразился поэт Роберт Винонен, "но ведь ясного это ясней, что живущий со скоростью смерти невредимо встречается с ней". Неприкаянный человек "кликает небо мышью слепой тоски". И вот, наконец, звучит сквозная, рефренная тема, пожалуй, всего творчества Олега Горшкова:

Приходит время… что ж ты от него
всё прячешься, цепляешься за вещи,
которым имя – пища жерновов…

И уже не компьютерной, а летучей мышью возникает тема бессмертия. Что произойдёт, если остановить и забальзамировать мгновение? Ничего хорошего. Главная проблема бытия не убирается от удлинения жизни. Другими словами, бессмертен человек или смертен, он всё равно обречён тосковать и кликать неблагодарное небо слепой мышью тоски. Ведь несвершённость, которой мы томимся в этой жизни, не зависит от скорости или "наполненности" самой жизни. Слишком многогранна тоска, заполоняющая подчас сердце человека!

Мы наблюдаем удивительную метаморфозу: Олег Горшков на наших глазах неуловимо, неумолимо превращается в человека-слово. "Лишь жить в самом себе умей: есть целый мир в душе твоей!" - призывал Тютчев. Олег Горшков - умеет. Счастлив ли он этим своим умением? Вопрос.


Саша, ты глубоко проник в тему. Фотография души.

Геннадий

Саша, человек не может быть счастливым вне Слова. А несчастным в Слове быть допускается...На жаль. Но это "Надежды нет. А счастье - есть".И есть Поэзия. так что...Но надежды нет.Да...а неуловимость жизни есть...
Всего хорошего тебе.
О, Саша, все никак не скажу - дело к тебе есть,позвони,пожалуйста, когда сможешь.Музыкальное:))
Оля.

Спасибо, Саша!
И всё-таки более счастлив, чем нет, друже. Потому как притяжение жизни из того же беспокойного источника происходит. Но жить безумно трудно...

Маленькая сансара (заметки о стихе Олега Горшкова)


ОЛЕГ ГОРШКОВ

***
услышав «прости», понимаешь, как виноват,
со слова «прощай» начинает охоту память,
начиняется болью, отчаянно ищет паперть,
где подается спасение однова –
снегом ли, богом, иным ли каким ростком
музыки в человеке, представшем почвой,
ждущей садовника…

холодом позвоночным,
жаром височным почувствуешь вдруг родство
с первой, всходящей в дрогнувшей тишине,
робкою нотой, похожей на сон, на небыль…
распахнешь все окна, выберешь вид на небо,
да так и останешься с болью наедине…

"...А прощенье пророчит прощанье..."

У Олега Горшкова эти стихи - о разлуке, но они настолько плотные, что разлука, спроецированная на читателя, ретушируется этой плотностью стиха, и к концу стихотворения уже невольно забываешь об изначальном посыле стихотворения.

услышав «прости», понимаешь, как виноват

Ещё Пушкин, как мы помним, высоко ценил искусство парадокса. И, читая Олега Горшкова, понимаешь, насколько поэт попадает в яблочко с этим парадоксальным изречением о «виноватости». "Если женщина виновата, у неё мы... попросим прощенья!" В чём же вина героя? Да в том, что он, мужчина, "допустил" вину женщины. А вина женщины возникает тоже не на пустом месте: обычно это - бумеранг какой-то мужской оплошности... Замкнутый круг взаимной вины...

со слова «прощай» начинает охоту память,
начиняется болью, отчаянно ищет паперть...

Великолепные строчки по звуку, по свежести рифмы, каждое слово - на своём месте. Боль, конечно, изначально присутствует в памяти человека. Но память только в этот момент "включается". Да, она "начинает охоту". Память-охотник. Она растравляет уже поражённую стрелой амура рану. Она - охотник-садомазохист. Именно поэтому память "начиняется" болью, как карамелька...

У Олега Горшкова сердце человека – «почва, ждущая садовника». И это сказано очень тонко: ни намёка на необходимость какой-нибудь из уже существующих религий... Да и какая, в общем-то, разница, откуда придёт спасение? Важно, что сам человек пока не в состоянии справиться со своей болью, хотя и, движимый жаждой жизни, подсознательно ищет душевное противоядие...

Стихотворение очень "кинематографично", последовательно в своей цикличности ощущений. И спасение, как и во времена Паскаля, даруется душе отвлечением - будь это молитва, природная стихия или внезапно проросшая в человеке музыка...

И дальше у Олега Горшкова идёт мастерское "разоблачение чёрной магии" отвлечения. Потому что от боли нельзя отвлечься навсегда. Она всё равно придёт - и возьмёт. Не потому, что защита слабее. Скорее потому, что лучшее средство от боли - предаться ей до конца, не дробить её, не увиливать в сторону.

холодом позвоночным,
жаром височным

Вот ещё одна поэтическая удача - смешение холода с жаром. Противоположности сплелись, но обретена ли гармония? Герой применяет все имеющиеся в него в запаснике средства самотерапии. Но тщетно. И всё-таки меня не покидает ощущение, что это - лишь фрагмент более крупной мозаики, что есть ещё не вошедшее в текст "заиконье, зазеркалье". Боль удавом окольцевала человека. Но он должен найти выход из этой маленькой сансары...