Король Эдуард Третий. Сцена 3. Уильям Блейк

Сцена [3]. При Кресси. Сэр Томас Дэворт встречает Лорда Одлей.

Одлей. Какое утро славное, Сэр Томас!
Оно нам улыбается, и солнце,
Как юный воин всходит над горой,
Сегодня нам победа предстоит. 5

Дэгворт. Мой Лорд, я в этом не уверен.
Хочу тебе открыть один секрет:
Перед Филиппом Эдуард дрожит от страха.

Одлей. Ха-ха, Сэр Томас! Это шутка!
Ужели страх у брода Бланшетак 10
Его заставил в бегство обратить
Французов тысяч шесть. И это страх?

Дэгворт. Да, страх его заставил драться.

Одлей. Тогда, пожалуй, то же и про вас
Сказать должны мы. 15

Дэгворт. Возможно, ты и прав. Взгляни в лицо
Эдварда — смелый воин. Но когда
Он повернётся тылом, я в лицо
Скажу ему: «Ты жалкий трус, и в трусов
Нам хочешь обратить!» Не понимаю, 20
Как можно тыл показывать врагу
И завтра, говорю тебе, Лорд Одлей,
Король наш от Филиппа побежит.

Одлей. Вы скажете, и Принц такой же трус?

Дэгворт. Нет, Боже упаси! Я в нём уверен. 25
Он юный лев, его я видел в деле.
Как он даёт команду — вспышки молний
Блестят в его глазах. Как он врагов
Разит, как будто сделку заключил
Со смертью. Поле битвы для него 30
Как будто зал для танцев и для игр.
Уверен я, — никто ему не страшен,
Никто! Но мне... признаюсь... я боюсь.

Одлей. Боитесь? Вы, Сэр Томас?
Звучит правдоподобно, как и то, 35
Что трус Король. Чего же вы боитесь?

Дэгворт. Когда мы спины повернём к врагу,
Боюсь, от жара зад мой оголится.

Одлей. И это весь ваш страх? Страх короля
Мне кажется, совсем иного рода: 40
Он за своё лицо боится, вы — за спину.
Я думаю, Сэр Томас, вам страх неведом.

Входит Сэр Джон Чандос.

Чандос. Привет вам, генералы, я принёс
Вам радостную весть: на поле Кресси
Мы ждём Филиппа. 45

Дэгворт. Надеюсь, это так.

Одлей. И это, Сэр, вы называли страхом?

Дэгворт. Возможно, страх порывами находит —
Достаточно одной овцы паршивой,
Чтоб заразить всё стадо, но когда 50
Болеет сам вожак, я не желал бы
И Принцу тот же подхватить недуг.

Чандос. Недуг, Сэр Томас? Я не понимаю,
Что это значит?

Дэгворт. Ты, Чандос, мудрый человек, 55
И понял сам, наверное, чем болен
Наш государь — он болен дезертирством.

Одлей. Сэр Томас мне сказал, что болен тем же.

Дэгворт. Вся армия больна, любой храбрец,
На труса глядя, может заразиться. 60
Возможно, воздух Франции причина
Такой болезни. С ней бороться трудно.
Сначала ты здоров, но отступая,
Ты вскоре понимаешь, что побег
Не хуже наступленья. И солдаты 65
Забудут скоро, что такое смелость.

Чандос. Сюда идёт Король. С ним поделитесь
Своими мыслями.

Дэгворт. Я говорил ему, но от болезни
Он стал глухим. 70

Входят Король Эдуард и Чёрный Принц.

Король. Когда б не наша храбрость, генералы,
Нам Франция была б не по зубам.
Но Англия не знает поражений,
И против наших доблестных солдат
Никто не устоит. Достоин славы 75
Любой из этой гвардии героев.
О, сын мой, Эдуард,
Как счастлив ты командовать людьми,
Забывшими о страхе, и которым
Напоминать не надо об отваге. 80

Принц. Отец, я с восхищением слежу
За доблестью солдат, и сам хотел бы
Достойным быть той армии, что Небо
И ты мне поручили. Если в битве
Я вижу, как кипит военный дух, 85
Как мужественны лица, — словно крылья
Несут меня к победе. В этих людях
Источник славы, гордости моей
И вдохновенья.

Дэгворт. Тогда произведите 90
Всех в генералы.

Король. Сэр Томас Дэгворт, если вам угодно
Шутить, — шутите, только оставайтесь
Таким же храбрецом.

Дэгворт. Я Короля осмелюсь попросить... 95

Король. Просите, разве может Эдуард
Вам отказать?

Дэгворт. Надеюсь, мой Король в безделице такой
Мне не откажет. Кровь моя не раз
Лилась, и будет литься за того, 100
Кому я присягал всю жизнь служить.
Теперь рука моя слаба, отвага
Покинула меня, мой голос тих,
Мне захотелось в Англию вернуться.

Король. Не ожидал такой я просьбы, Томас, 105
Не думал, что придётся потерять
Такого храбреца, как ты, такого друга.
Нет, должен ты подробней рассказать
Об этой странной просьбе. Постараюсь
Я удержать тебя. 110

Дэгворт. Пока Филипп не сгонит птичью стаю,
На поле Кресси, будем мы сидеть.
Охвачен Волк необъяснимым страхом,
Пути не разбирая, мчится Лев,
Испуганный крикливым Петухом, 115
Орёл, привыкший к солнечным лучам,
Боится светляка в болотной жиже.
В момент пустого страха хилый Пёс
Хватает Волка, ловит Льва Лесничий,
Макака, притаившись за скалой 120
Орла легко поймает на лету
И приручит. Так действует испуг
На сильных духом. Но меперь смотрите:
В испуге Лань бежит из чащи дикой,
Журавль от страха взвился в небеса, 125
Змея торопится в траву нырнуть;
Понятно, — Лань бежит от Псов свирепых,
От Ястреба спасается Журавль,
Спешит Змея от Филина укрыться.
И если Короля Филипп пугает, 130
Он Лев, а не Журавль. Вот почему
Мне захотелось в Англию вернуться.

Король. Я замечаю, Томас, шутки ваши
В себе немало мудрости таят,
Под смехом кроется совет полезный. 135
Вы скоро убедитесь: с поля Кресси
Мы в битве снимем тучный урожай,
Тогда спешите в Англию, пусть знают
О нашей доблести, пусть их сердца
Горят, как наши. Думает Филипп, 140
Что мы без боя от него помчимся —
Как бы не так! Сегодня предстоит
Нам и ему померяться со смертью.

Дэгворт. Теперь ликует сердце у меня,
Спешу к своим солдатам, как к невесте, 145
Чтоб к бою подготовить их, чтоб перья
Вставляли в шлемы, чистили доспехи,
И пели, как за радостной работой
Хозяйки юные. На крыльях счастья
Я понесусь туда. 150

Король. Когда с такою радостью, как вы,
Все как один пойдут на смерть и битву,
Нам никакой Филипп не будет страшен.

Дэгворт. На днях я парня тощего спросил:
«Что смотришь на меня голодным взглядом?» 155
Он отвечал: «Я жажду новой битвы!»
Другому парню с огненным лицом
Я говорил: «Похож ты на огарок
Свечи». Он мне ответил: «Я хотел бы
Друзьям в бою дорогу освещать!» 160
Я лунной ночью вышел из палатки,
Весь лагерь спал, и вдруг,
Увидел я, как юноша прекрасный,
Размазывая слёзы по лицу,
Пел песню: «Если юноша домой 165
Придёт с победой, он найдёт невесту
Нежнее, чем цветок, белее снега».
Другой, рыдая, вспоминал отца.
Я побранил обоих, но когда
Раздался звук трубы, они вскочили 170
И с радостью схватились за оружье.

Король. Сэр Томас Дэгворт, будь всегда со мной,
Я не могу расстаться с человеком,
Чью душу выше Франции ценю.
Когда Филипп придёт в доспехах смерти, 175
И дротик свой направит мне в висок,
Ты смехом ярость превратишь в бессилье!
Иди, и приступай к своей работе —
Когда отвагой сменится испуг,
Медлительность напором, слабость силой, 180
Когда упавший духом обретёт
Уверенность в победе, возвращайся,
И мы с тобой продолжим наш совет.

[Дэгворт уходит.

Чандос. Сей господин — герой в своём чулане,
Перед своей прислугой он смельчак, 185
Он окна прорубил в груди своей,
Лишь для того, чтоб каждый мог увидеть
Что у него внутри.

Принц. Он настоящий англичанин, Чандос,
Свободы дух кипит в его груди. 190
Простите мне моё предубежденье, —
Я думаю, нет на земле народа
Храбрее англичан.

Чандос. Идёт от самомненья эта храбрость.
Когда вы предоставите рабу 195

Свободу, он о лени позабудет,
Построет дом и обнесёт оградой
Клочок земли и станет у ворот
С оружием в руках, — вот какова
природа человека. Постепенно 200
Он вместо дома выстроит дворец,
Пока его товарищ. бедный раб,
скитается без крова.

Король. О, Свобода, как прекрасна ты!
Я вижу, ты над армией моей 205
Паришь, расправив крылья,
И в битву нас ведёшь.
Я слышу, как победные сигналы
Играешь ты на трубах золотых!
Представь, что ты садовник, храбрый Чандос, 210
А сын мой — виноградная лоза;
Обрежь ему ненужные побеги,
Честолюбивые ростки направь
Дорогой мудрости, пусть корни
Роса твоих советов орошает. 215
О, сын мой Эдуард, будь поскромней,
Других себе предпочитать старайся,
Как требуют приличие и долг.

[Король Эдуард уходит

Принц. Но мы должны и развлекаться, Чандос,
Пока мы здесь одни, Сэр Джон, послушай: 220
Я лишь тогда смогу легко вздохнуть,
Когда увижу, как пылает небо,
И воцарилась Смерть над полем Кресси.
Мне кажется, я вижу блеск мечей,
Сверкающие шлемы — то солдаты 225
Летят по полю на конях ретивых,
Натягивая луков тетиву.
Бой разгорается, я слышу крики,
И вижу, как взмывает флаг английский
Над трупами поверженных врагов. 230
Я это вижу, словно наяву,
И каюсь, мне приятен шум военный.
Здесь я бессилен — мощная природа
Меня ломает, кровь моя кипит,
И заливает узкие границы 235
Умеренности. Разум в это время,
Как утлый чёлн, плывёт в безбрежном море
Честолюбия. Приди ж, мой Чандос,
И не дай моим раздутым парусам
Погибнуть в буре. Ветренность мою 240
Играющую в логове змеином
С опрасностью, не только неразумьем, —
По праву можно трусостью назвать.

Чандос. Нет, вы не трус, поступки ваши, Принц,
Мне говорят о смелости, и смелость 245
Вас заставляет применить на деле
Ваш юный пыл. Подобно летней туче
Проносится он по полям сражений,
И радуется грохоту войны.
Но мы взрослеем. Время каждый год 250
Нас одаряет спелыми плодами.
Пока юнец беспечный тщетно ищет
В себе самом, устав от размышлений,
Другой на крыльях опыта летит
Над безграничным лесом, что природа 255
Раскинула повсюду, и находит
Добычу или прочное жильё,
Но, наконец, садится утомлённый,
Пресыщенный, беспомощный, больной,
И смотрит на минутные забавы 260
С презреньем и стыдом.

Принц. Чтоб опыта набраться, мы должны
Без страха углубиться в лес природы
И там искать добычу, если гибель
Нам суждена, — со славой мы погибнем. 265
Охотиться на волка нелегко,
Он несъедобен, шкура бесполезна, —
Он и война нужны для наших ран.
Юнец не знает, где искать добычу,
Но преподав совет, его нередко 270
Обкрадывают. В этом философия,
Ирония судьбы. Но чистый духом
Подымется на собственных крылах
И сам проложит светлую тропу
К вершинам славы всем на удивленье. 275
Я рад, что мой отец меня не слышит,
А ты, надеюсь, извинишь меня.
Но ты не думай, Чандос, если Богу
Понадобится удлиннить мой срок,
Я стану с удовольствием взирать 280
На славу юности.

Чандос. Для старости важнее побужденья,
Чем дела, когда уже не слышен
Ни щебет птиц, ни флейты звук, и радость
Спешит уйти от немощи дрожащей, 285
Глас совести над головой седой,
Как звучная симфония несётся,
И ангелы пернатые садятся
Вокруг тебя; когда заглохнет пульс,
А слух и зренье, запах, вкус и осязанье 290
Свой буйный танец прекратят и прочь
От разума умчатся — только Совесть
Останется с тобой, как верный друг.

[Уходят.

Scene [3]. At Cressy. Sir Thomas Dagworth and Lord Audley meeting.


Audley. Good morrow, brave Sir Thomas; the bright morn
Smiles on our army, and the gallant sun
Springs from the hills like a young hero
Into the battle, shaking his golden locks
Exultingly: this is a promising day. 5

Dagworth. Why, my Lord Audley, I don’t know.
Give me your hand, and now I’ll tell you what
I think you do not know. Edward’s afraid of Philip.

Audley. Ha! Ha! Sir Thomas! you but joke;
Did you e’er see him fear? At Blanchetaque, 10
When almost singly he drove six thousand
French from the ford, did he fear then?

Dagw. Yes, fear — that made him fight so.

Aud. By the same reason I might say tis fear
That makes you fight. 15

Dagw. Mayhap you may: look upon Edward’s face,
No one can say he fears; but when he turns
His back, then I will say it to his face;
He is afraid: he makes us all afraid.
I cannot bear the enemy at my back. 20
Now here we are at Cressy; where to-morrow,
To-morrow we shall know. I say, Lord Audley,
That Edward runs away from Philip.

Aud. Perhaps you think the Prince too is afraid?

Dagw. No; God forbid! I’m sure he is not. 25
He is a young lion. O! I have seen him fight
And give command, and lightning has flashиd
From his eyes across the field: I have seen him
Shake hands with death, and strike a bargain for
The enemy; he has danc’d in the field. 30
Of battle, like the youth at morris-play.
I’m sure he’s not afraid, nor Warwick, nor none —
None of us but me, and I am very much afraid.

Aud. Are you afraid too, Sir Thomas?
I believe that as much as I believe 35
The King’s afraid: but what are you afraid of?

Dagw. Of having my back laid open; we turn
Our backs to the fire, till we shall burn our skirts.

Aud. And this, Sir Thomas, you call fear? Your fear
Is of a different kind then from the King’s; 40
He fears to turn his face, and you to turn your back.
I do not think, Sir Thomas, you know what fear is.

Enter Sir John Chandos.

Chand. Good morrow, Generals; I give you joy:
Welcome to the fields of Cressy. Here we stop,
And wait for Philip. 45

Dagw. I hope so.

Aud. There, Sir Thomas, do you call that fear?

Dagw. I don’t know; perhaps he takes it by fits.
Why, noble Chandos, look you here —
One rotten sheep spoils the whole flock; 50
And if the bell-wether is tainted, I wish
The Prince may not catch the distemper too.

Chand. Distemper, Sir Thomas! what distemper?
I have not heard.

Dagw. Why, Chandos, you are a wise man, 55
I know you understand me; a distemper
The King caught here in France of running away.

Aud. Sir Thomas, you say you have caught it too.



Dagw. And so will the whole army; ‘tis very catching,
For, when the coward runs, the brave man totters. 60
Perhaps the air of the country is the cause.
I feel it coming upon me, so I strive against it;
You yet are whole; but, after a few more
Retreats, we all shall know how to retreat
Better than fight.—To be plain, I think retreating 65
Too often takes away a soldier’s courage.

Chand. Here comes the King himself: tell him your thoughts
Plainly, Sir Thomas.

Dagw. I’ve told him before, but his disorder
Makes him deaf. 70

[Enter King Edward and Black Prince.

King. Good morrow, Generals; when English courage fails
Down goes our right to France.
But we are conquerors everywhere; nothing
Can stand our soldiers; each man is worthy
Of a triumph. Such an army of heroes 75
Ne’er shouted to the Heav’ns, nor shook the field.
Edward, my son, thou art
Most happy, having such command: the man
Were base who were not fir’d to deeds
Above heroic, having such examples. 80

Prince. Sire, with respect and deference I look
Upon such noble souls, and wish myself
Worthy the high command that Heaven and you
Have given me. When I have seen the field glow,
And in each countenance the soul of war 85
Curb’d by the manliest reason, I have been wing’d
With certain victory; and ‘tis my boast,
And shall be still my glory, I was inspir’d
By these brave troops.

Dagw. Your Grace had better make 90
Them all generals.

King. Sir Thomas Dagworth, you must have your joke,
And shall, while you can fight as you did at
The Ford.

Dagw. I have a small petition to your Majesty. 95

King. What can Sir Thomas Dagworth ask that Edward
Can refuse?

Dagw. I hope your Majesty cannot refuse so great
A trifle; I’ve gilt your cause with my best blood,
And would again, were I not forbid 100
By him whom I am bound to obey: my hands
Are tiиd up, my courage shrunk and wither’d,
My sinews slacken’d, and my voice scarce heard;
Therefore I beg I may return to England.

King. I know not what you could have ask’d, Sir Thomas, 105
That I would not have sooner parted with
Than such a soldier as you have been, and such a friend:
Nay, I will know the most remote particulars
Of this your strange petition: that, if I can,
I still may keep you here. 110

Dagw. Here on the fields of Cressy we are settled
Till Philip springs the tim’rous covey again.
The wolf is hunted down by causeless fear;
The lion flees, and fear usurps his heart,
Startled, astonish’d at the clam’rous cock; 115
The eagle, that doth gaze upon the sun,
Fears the small fire that plays about the fen.
If, at this moment of their idle fear,
The dog doth seize the wolf, the forester the lion,
The negro in the crevice of the rock 120
Doth seize the soaring eagle; undone by flight,
They tame submit: such the effect flight has
On noble souls. Now hear its opposite:
The tim’rous stag starts from the thicket wild,
The fearful crane springs from the splashy fen, 125
The shining snake glides o’er the bending grass;
The stag turns head and bays the crying hounds,
The crane o’ertaken fighteth with the hawk,
The snake doth turn, and bite the padding foot.
And if your Majesty’s afraid of Philip, 130
You are more like a lion than a crane:
Therefore I beg I may return to England.

King. Sir Thomas, now I understand your mirth,
Which often plays with Wisdom for its pastime,
And brings good counsel from the breast of laughter. 135
I hope you’ll stay, and see us fight this battle,
And reap rich harvest in the fields of Cressy;
Then go to England, tell them how we fight,
And set all hearts on fire to be with us.
Philip is plum’d, and thinks we flee from him, 140
Else he would never dare to attack us. Now,
Now the quarry’s set! and Death doth sport
In the bright sunshine of this fatal day.

Dagw. Now my heart dances, and I am as light
As the young bridegroom going to be marriиd. 145
Now must I to my soldiers, get them ready,
Furbish our armours bright, new-plume our helms;
And we will sing like the young housewives busiиd
In the dairy: my feet are wing’d, but not
For flight, an please your grace. 150

King. If all my soldiers are as pleas’d as you,
’Twill be a gallant thing to fight or die;
Then I can never be afraid of Philip.

Dagw. A raw-bon’d fellow t’other day pass’d by me;
I told him to put off his hungry looks — 155
He answer’d me, ‘I hunger for another battle.’
I saw a little Welshman with a fiery face;
I told him he look’d like a candle half
Burn’d out; he answer’d, he was ‘pig enough
To light another pattle.’ Last night, beneath 160
The moon I walk’d abroad, when all had pitch’d
Their tents, and all were still;
I heard a blooming youth singing a song
He had compos’d, and at each pause he wip’d
His dropping eyes. The ditty was ‘If he 165
Return’d victorious, he should wed a maiden
Fairer than snow, and rich as midsummer.’
Another wept, and wish’d health to his father.
I chid them both, but gave them noble hopes
These are the minds that glory in the battle, 170
And leap and dance to hear the trumpet sound.

King. Sir Thomas Dagworth, be thou near our person;
Thy heart is richer than the vales of France:
I will not part with such a man as thee.
If Philip came arm’d in the ribs of death, 175
And shook his mortal dart against my head,
Thou’dst laugh his fury into nerveless shame!
Go now, for thou art suited to the work,
Throughout the camp; inflame the timorous,
Blow up the sluggish into ardour, and 180
Confirm the strong with strength, the weak inspire,
And wing their brows with hope and expectation:
Then to our tent return, and meet to council.

[Exit Dagworth

Chand.
That man’s a hero in his closet, and more
A hero to the servants of his house 185
Than to the gaping world; he carries windows
In that enlargиd breast of his, that all
May see what’s done within.

Prince. He is a genuine Englishman, my Chandos,
And hath the spirit of Liberty within him. 190
Forgive my prejudice, Sir John; I think
My Englishmen the bravest people on
The face of the earth.

Chand. Courage, my Lord, proceeds from self-dependence.
Teach man to think he’s a free agent, 195
Give but a slave his liberty, he’ll shake
Off sloth, and build himself a hut, and hedge
A spot of ground; this he’ll defend; ‘tis his
By right of Nature: thus set in action,
He will still move onward to plan conveniences, 200
Till glory fires his breast to enlarge his castle;
While the poor slave drudges all day, in hope
To rest at night.

King. O Liberty, how glorious art thou!
I see thee hov’ring o’er my army, with 205
Thy wide-stretch’d plumes; I see thee
Lead them on to battle;
I see thee blow thy golden trumpet, while
Thy sons shout the strong shout of victory!
O noble Chandos, think thyself a gardener, 210
My son a vine, which I commit unto
Thy care: prune all extravagant shoots, and guide
Th’ ambitious tendrils in the paths of wisdom;
Water him with thy advice; and Heav’n
Rain fresh’ning dew upon his branches! And, 215
O Edward, my dear son! learn to think lowly of
Thyself, as we may all each prefer other —
’Tis the best policy, and ‘tis our duty.

[Exit King Edward.

Prince. And may our duty, Chandos, be our pleasure.
Now we are alone, Sir John, I will unburden, 220
And breathe my hopes into the burning air,
Where thousand Deaths are posting up and down,
Commission’d to this fatal field of Cressy.
Methinks I see them arm my gallant soldiers,
And gird the sword upon each thigh, and fit 225
Each shining helm, and string each stubborn bow,
And dance to the neighing of our steeds.
Methinks the shout begins, the battle burns;
Methinks I see them perch on English crests,
And roar the wild flame of fierce war upon 230


The throngиd enemy! In truth I am too full
It is my sin to love the noise of war.
Chandos, thou seest my weakness; strong Nature
Will bend or break us: my blood, like a springtide
Does rise so high to overflow all bounds 235
Of moderation; while Reason, in her
Frail bark, can see no shore or bound for vast
Ambition. Come, take the helm, my Chandos,
That my full-blown sails overset me not
In the wild tempest: condemn my venturous youth, 240
That plays with danger, as the innocent child
Unthinking plays upon the viper’s den:
I am a coward in my reason, Chandos.

Chand. You are a man, my Prince, and a brave man,
If I can judge of actions; but your heat 245
Is the effect of youth, and want of use:
Use makes the armиd field and noisy war
Pass over as a summer cloud, unregarded,
Or but expected as a thing of course.
Age is contemplative; each rolling year 250
Brings forth fruit to the mind’s treasure-house:
While vacant youth doth crave and seek about
Within itself, and findeth discontent,
Then, tir’d of thought, impatient takes the wing,
Seizes the fruits of time, attacks experience, 255
Roams round vast Nature’s forest, where no bounds
Are set, the swiftest may have room, the strongest
Find prey; till tired at length, sated and tired
With the changing sameness, old variety,
We sit us down, and view our former joys 260
With distaste and dislike.

Prince. Then, if we must tug for experience,
Let us not fear to beat round Nature’s wilds,
And rouse the strongest prey: then, if we fall,
We fall with glory. I know the wolf 265
Is dangerous to fight, not good for food,


Nor is the hide a comely vestment; so
We have our battle for our pains. I know
That youth has need of age to point fit prey,
And oft the stander-by shall steal the fruit 270
Of th’ other’s labour. This is philosophy;
These are the tricks of the world; but the pure soul
Shall mount on native wings, disdaining
Little sport, and cut a path into the heaven of glory,
Leaving a track of light for men to wonder at. 275
I’m glad my father does not hear me talk;
You can find friendly excuses for me, Chandos.
But do you not think, Sir John, that if it please
Th’ Almighty to stretch out my span of life,
I shall with pleasure view a glorious action 280
Which my youth master’d?

Chand. Considerate age, my Lord, views motives,
And not acts; when neither warbling voice
Nor trilling pipe is heard, nor pleasure sits
With trembling age, the voice of Conscience then, 285
Sweeter than music in a summer’s eve,
Shall warble round the snowy head, and keep
Sweet symphony to feather’d angels, sitting
As guardians round your chair; then shall the pulse
Beat slow, and taste and touch and sight and sound and smell, 290
That sing and dance round Reason’s fine-wrought throne
Shall flee away, and leave him all forlorn;
Yet not forlorn if Conscience is his friend.

[Exeunt.

Примечания

1. Сэр Томас Дэгворт (Sir Thomas Dagworth, умер в 1352) английский рыцарь.
Ввёл английские войска в Бретань в начеле Столетней войны.

43. Сэр Джон Чандос (Sir John Chandos умер в 1370) английский рыцарь.
Отличиллся в битве при Кресси и привёл войско 16-го Чёрного Принца к победе.






Д. Смирнов-Садовский, поэтический перевод, 2008

Сертификат Поэзия.ру: серия 1085 № 66279 от 01.12.2008

0 | 0 | 1869 | 30.01.2023. 05:07:55

Комментариев пока нет. Приглашаем Вас прокомментировать это произведение.