Из цикла "Ноябрь" (книга "Луна в колодце").

Дата: 29-10-2008 | 23:02:57

1

Свирель умолкла. Узкое крыло
Всё трепетало радугою бледной
И таяло. А в мутное стекло
Луна стучала колотушкой медной

И по осколкам убегала прочь,
И рушилась в чистилище округа.
Сощурясь, молча наблюдала ночь,
Как люто ненавидели друг друга

Костер и дождь. К утру зола намокла.
Душа умолкла.


5

Мой вечер, словно бремя,
И сумерки не сладки,
И терпким стало время,
Как яблоко из кадки.

Нанизываю чётки
С монашенкой рябою;
В прямоугольный, чёткий
Эдем – возьму с собою:

Двенадцать околесиц,
Подобранных в дурмане,
Новорождённый месяц
И гривенник в кармане.


6

Только маленький костёр
За углом большого дома
Дразнит сумерки – остёр
Язычок! – И горстка лома
Золотого, по цене
Давней памяти напрасной,
Всё не плавится в огне,
Сны тревожа тряпкой красной.


7

Любовь, золотая пчела!
Последние колокола
Коснулись земли. В тишине
Лишь ты на басовой струне,
Подобно скрипачке убогой,
Гудишь колокольной тревогой.

Твой маленький колокол слаб.
Когтистых и вкрадчивых лап
Судьбы моей неторопливой
Не заворожить под оливой,
И негде укрыться в бегах
На горьких осенних лугах.


Ноябрь (10-29) 1990 г.


Интересно и больно это спирально растущее умолкание от свирели до души, вобравшей и луну, и костер, и дождь, и весь этот сырой и размытый мир. Какие точные оттенки! Спасибо, Тина.

Мой вечер, словно бремя,
И сумерки не сладки,
И терпким стало время,
Как яблоко из кадки.

Нанизываю чётки
С монашенкой рябою;
В прямоугольный, чёткий
Эдем – возьму с собою:

Двенадцать околесиц,
Подобранных в дурмане,
Новорождённый месяц
И гривенник в кармане -

C подлинной радостью, перечитываю, Тина, вслед книжному
прочтению.
И эти строки, и многие иже с ними.
Спасибо.
На Ваше прекрасное подробное письмо отзовусь тоже подробно.

С уважением, С.Ш.