Адам и Ева

АДАМ И ЕВА

Они вставали на рассвете,
Когда стволы уже не спят,
Подтягиваясь, будто дети,
Качая колыбельный сад.

Кора поеживалась, пахло
Сырой землей, ветвями, и,
Торжественней, чем ноты Баха,
Листали воздух соловьи.

Она распахивала стёкла,
Как створки раковины, он
В постели отдыхал и столько
Пространства ночи было в нём,

Что на краю кровати сидя,
Она глядела - вне минут –
На лик любимого, как идол
На тех, кто молится ему.

Когда же взгляды их встречались,
в ночном беспамятстве, в пылу,
Земля и небеса качались,
И пыль дрожала на полу.

Он устремлялся к ней и простынь
Отбросив, обнажался весь,
порывом сообщая просто
о зарожденье страсти весть.

Онa же головой качала,
Показывая, что ещё
Не разогрелась, и сначала
Лишь тёрлась об его плечо.

А после в сад вела, где только
Недавно жили мрак и дождь,
Где Солнце разрезал на дольки
Ночного горизонта нож.

Вверху, разбавив йодом воздух,
Восход светилу мазал швы,
И яблок золотые звёзды
Мерцали среди туч листвы.

Он шёл за нею непокорно.
Как будто проклиная грех,
Как будто в нём таились зёрна
Грядущих покаяний всех.

Но тут же под напором страсти
Oн брал её, как в первый раз,
Она ж, от боли и от счастья,
Не открывала долгих глаз.

Отринув смысл её молений,
Стремясь к разгадке боли в ней,
Как створки раковин, колени
Распахивал он властно ей.

Она же билась и рыдала,
Лишаясь чистоты своей,
И вновь её приобретала
В беспамятном бреду ночей.

Рассветом тем же сад встречал их,
И яблоками, и дождем,
И так же горестно кричали
Они, на всей земле вдвоём.

А после, под воздушной кроной,
Невинна и чиста, как Бог,
Она не утирала крови,
Не расплетала с мужем ног.

И свет гремел, и пели птицы,
И застывали дни, как воск.
А он уже не мог молиться
В змеиной тьме её волос!

1985 г.

Надо ввести раздел: сексуальная лирика :) Геннадий

Уверен, что Саша Закуренко был духовно зрелой личностью практически с самого младенчества.

Но все же это стихотворение написано в довольно молодом возрасте.

Возможно, именно этим объясняются и его зримые достоинства, и мнимые недостатки.