Закрытое письмо Геннадию Ильницкому

по поводу канонизации моего перевода на его страничке

Геннадий,
поскольку вы поставили мой перевод «Канонизации» Донна рядом с вашим «для сравнения», да еще под пренебрежительной шапкой «точный перевод» (так я воспринимаю кавычки в этом выражении), я позволю себе высказаться по этому поводу. Заранее скажу, что я своим переводом ни на какие лавры не претендовал, мне просто было интересно перевести это стихотворение – что я и сделал. Любые критические замечания по поводу этого перевода мне тоже интересны (разумеется, аргументированные, не в духе беспардонного Ситницкого), так что если у вас возникнет такое желание – милости прошу.

Итак, I строфа, оригинал и ваш перевод:

1 For God's sake hold your tongue, and let me love
2 Or chide my palsy, or my gout,
3 My five grey hairs, or ruined fortune flout,
4 With wealth your state, your mind with arts improve,
5 Take you a course, get you a place,
6 Observe his Honour, or his Grace,
7 Or the King's real, or his stamped face
8 Contemplate, what you will, approve,
9 So you will let me love.

Ради Бога, молчите, позвольте мне просто любить,
или тихо ворчать на паралич свой, или подагру,
на седых пять волос, над крушеньем фортуны шутить,
с восхвалением Вас, уподобив сужденье подарку,
выбрав путь Ваш нелёгкий, наполнить душою Ваш мир,
отмечать Вашу Честь, или Вашу великую Милость,
королевский Ваш лик, что реально для сердца открылось,
созерцать с одобреньем кем станете Вы, мой кумир,
так позвольте мне Вас беспрепятственно пылко любить!


1. Вы поставили под своим переводом стыдливое «по мотивам». Напрасно. На самом деле, это не стихотворение по мотивам «Канонизации», а самый настоящий перевод – причем перевод, во многом довольно близкий к тексту оригинала. Стихотворению «по мотивам» не требуются никакие «королевские» и т.п. ассоциации, оно пишется с расчетом на родную почву. Спрашивается, зачем же вам понадобилось это выражение - «по мотивам»? Я думаю, вы его поставили из-за того, что размер вашего перевода не совпадает с размером оригинала. Если это так (а другой причины не вижу), то напрасно стесняетесь. Я как раз это и считаю заслугой вашего перевода: среди этого повального безудержного стремления переводить английские стихи тем же размером, хотя они по определению «короче» русских в полтора раза, вы осмелились перевести стихотворение размером как минимум в полтора раза «длиннее». Молодец! Это дало вам свободу русской речи в переводе – как, собственно и должно быть.
2. На самом деле выбранный вами для перевода пятистопный анапест (15 – 16 слогов при чередовании женской и мужской рифм) в полтора раза длиннее самой длинной строки пятистопного ямба оригинала (10 слогов при мужских рифмах), а у Донна часть строк в стихотворении еще короче. С этой точки зрения свобода, которой вы добились, могла оказаться несколько излишней и в переводе могли появиться места, которые вам пришлось заполнять «рыбой» (так я называю лишние слова в переводе, без которых он мог бы обойтись). С другой стороны, я, подтянув короткие донновские строчки в переводе к пятистопному ямбу (всего лишь) не смог дать себе не только вашей свободы, но и зажал себя размером, что в переводе могло привести к косноязычию. Законы языка не обойдешь, и переводчик в выборе размера должен быть очень осторожным. Мы оба рисковали, каждый по-своему.
3. Однако при выборе размера стихотворения существуют и другие опасности, и я об этом писал в статье о переводах «Мерани» Бараташвили («Продолжая прыжок над пропастью»; она стоит на этом сайте, на моей страничке). И надо же так случиться, что вы повторили ошибку Ярослава Смелякова, выбрав для вашего перевода размер песни «Если я заболею, к врачам обращаться не стану…»! Ассоциации этого размера с песней в нашем сознании настолько устойчивы, что их с трудом выдерживает даже пастернаковская поэма «1905 год» («Это было при нас, это с нами вошло в поговорку…»). Нравится это нам или нет, а с этим приходится считаться, и, с моей точки зрения, вы зря это проигнорировали: в результате ваш перевод невольно звучит облегченно по сравнению с оригиналом, а в одном месте вы и вообще чуть ли не процитировали Смелякова («выбрав путь ваш нелегкий»). Подумайте над этим; впрочем, я допускаю, что выдвинутое здесь положение спорно, и не настаиваю на нем.
4. Чтобы перейти к тексту стихотворения и переводов, не мешало бы попытаться хотя бы в общих чертах разобраться, о чем это стихотворение. О какой любви здесь идет речь? Я думаю, вы согласитесь, что о любви духовной (это может быть платоническая любовь, любовь брата и сестры, любовь соавторов, любовь к человечеству – или даже все это вместе взятое), а не плотской – иначе бы вы не написали, что ее «под гимны церковного пенья будут канонизировать в апологеты любви» (сейчас речь не о точности и качестве перевода, это впереди; сейчас речь вообще о донновском стихотворении). Если так (а я с этим согласен), то перевод Фельдмана с его пошлыми «занятиями любовью» просто не подлежит рассмотрению, и я даже не хочу останавливаться на нем, а вам советую просто убрать его со своей странички. Не нужно стремиться «выиграть» на фоне откровенной слабости, это не по-джентльменски.
5. Если речь у Донна - о такой духовной любви, то обращение автора к кому-то может переводиться и как «вы», и как «ты», с большой буквы и с маленькой, и в русском переводе мы обязаны определиться: к кому мы обращаемся. Иначе как можно вообще переводить это стихотворение? Я понял это стихотворение как обращение к окружающим, которые мешают «мне» («нам») любить так, как «мне» («нам») хочется любить. А вы? Хотелось бы услышать (прочесть) ваш ответ на этот вопрос.
6. Первая же строка вашего перевода (Ради Бога, молчите, позвольте мне просто любить) показывает преимущества свободного выбора размера. Она очень хороша и по интонации, и по смыслу, и по свободе, а слово «просто», которым вы закрыли свободное место, встало как впаянное благодаря получившемуся обороту «просто любить». Этой строкой вы задали истинный тон стихотворению, полностью соответствующий тону оригиналу, и теперь ваша задача только эту планку держать. Но уже во второй строке (Или тихо ворчать на паралич свой, или подагру) появилась «рыба»: слово «тихо» здесь явно лишнее, придает тексту неуместный «домашний» колорит и снижает пафос, заданный первой строкой. Но и «ворчать» здесь явно неудачно: ворчать на ПАРАЛИЧ? Помилуйте, его можно только проклинать, что и стоит у Донна!
7. 3-я строка (На седых пять волос, над крушеньем фортуны шутить) вызывает несколько вопросов. «Седых пять волос» - буквальный перевод этого места, и по-русски это пародийно. Неужели вы всерьез считаете, что Донн пересчитывал волоски? Я не знаю, что стоит за этим оборотом, может быть какая-то аллюзия на чьё-то стихотворение, но либо вы догадываетесь, в чем тут дело и делаете аналогичный намек, либо должны уйти от буквального перевода (откуда и возникла в моем переводе «седая прядь»). Что же касается слов «над крушеньем фортуны шутить», то это не только неправильный перевод того, что хотел сказать Донн, но и вообще бессмыслица. «Крушенье фортуны» - это что такое? Да и не шутит Донн, а проклинает – но проклинает фортуну (судьбу), ведь его несчастья – ее насмешка (flout у Донна не глагол «шутить», а существительное «насмешка», подчиненное все тому же глаголу «проклинать»).
8. 4-я строка (С восхвалением Вас, уподобив сужденье подарку). Я понимаю смысл вашей строки так: Донн восхваляет кого-то, с кем он «на вы», и это его восхваление – нечто вроде подарка для того (той, тех), кого он восхваляет. Это бессмысленно для логики вашего стихотворения «по мотивам»; между тем эта строка у Донна после запятой в конце предыдущей строки имеет смысл: (…проклинать…) с (одновременным) восхвалением вашего великолепия (положения, в т.ч. общественного, состояния), ваш ум искусно улучшать (здесь глагол improve стоит в одном ряду с глаголом «проклинать»: проклинать… улучшать). Согласитесь, ваш перевод этого места – явный «не подарок».
9. 5-я строка (Выбрав путь Ваш нелёгкий, наполнить душою Ваш мир). Простите, Геннадий, вы хоть сами-то понимаете, что вы в этой строке написали? Кто кому выбирает путь? И почему путь – нелегкий? И что значит «наполнить душою»? Забить холодильник что ли? И к кому вы все-таки обращаетесь «на Вы» с большой буквы, тогда как у Донна тут – маленькие: «указать вам путь» и т.д.? Ведь здесь Донн пока не изменил адреса обращения, введенного в первой строке: «молчите, дайте мне любить». И это к тем, кому он говорит «Ради Бога, молчите», он обращается с большой буквы? Нет, эту строку вы точно не смогли «наполнить душою».
10. 6-я строка (Отмечать Вашу Честь, или Вашу великую Милость): какой же праздник вы предлагаете «отмечать» Его Чести? И какой смысл имеет это место вашего перевода? Если слово «отмечать» имеет смысл «замечать, упоминать», то оно подходит к Вашей милости, но не подходит к Вашей Чести; если же оно имеет смысл «награждать», то не подходит к Вашей великой Милости. В конце концов, дело даже не в точности перевода и соответствии вашего текста и текста Донна, который вы, тем не менее, привели. Но смысл-то ваш текст должен иметь! Или вы считаете, что это не обязательно?
11. 7-я строка (Королевский Ваш лик, что реально для сердца открылось). У Донна противопоставление: «королевская реальность» или «отчеканенный профиль» (видимо, на монете). А у вас – словарь людоедки-Эллочки: «реально, конкретно», да к тому же какая-то общая фраза, «что реально для сердца открылась».
12. 8-я срока (Созерцать с одобреньем кем станете Вы, мой кумир). Напоминаю, у Донна предложение еще не кончилось, идет перечисление, в этом ряду и стоит глагол «созерцать». Так значит этому «кумиру» (которому, оказывается еще предстоит кем-то стать), Донн говорит «Ради Бога, молчите» в начале стихотворения?
13. 9-я строка (Так позвольте мне Вас беспрепятственно пылко любить!). Так к кому же он все-таки обращается с такой просьбой? Ведь из начала третьей строфы видно, что он обращается к кому-то от имени двух любящих, от его и ее имени, речь идет об ИХ любви.

Нет, признаюсь, больше не могу, «рука бойца колоть устала»; у меня не хватит сил с ходу проанализировать весь перевод – да и времени жалко. Анализа даже одной строфы достаточно, чтобы показать уровень получившихся стихов, - а жаль: вы так хорошо начали! Боюсь, что эта строка так и осталась единственной хорошей строкой в переводе. Честно говоря, я не понимаю, с какой целью вы поставили мой перевод рядом с вашим. Ну, ладно об уровне получившегося у меня стихотворения говорить не будем, я ведь сразу сказал, что я не претендую; потому и поставил свой перевод на свою страничку и помалкиваю в ожидании критических замечаний. Но в моем переводе есть по крайней мере КОНЦЕПЦИЯ, ЛОГИКА И СООТВЕТСТВИЕ русского текста грамматике. А вы-то, Геннадий, чем из перечисленного претендуете?
С БУ
ВК

P.S. Если вы хотите, чтобы я продолжил анализ вашего стихотворения «по мотивам» «Канонизации» Джона Донна, дайте знать.
С ВУ
ВК




Владимир Козаровецкий, поэтический перевод, 2007

Сертификат Поэзия.ру: серия 986 № 51297 от 18.02.2007

0 | 0 | 2004 | 05.12.2022. 08:14:19

Комментариев пока нет. Приглашаем Вас прокомментировать это произведение.