Презентация Книги Ахмадулиной

Таруса. Презентация Книги.
Стихи – Ахмадулиной, акварели – Мессерера.
(Прошу прощения за весьма возможные орфографические и синтаксические ошибки.)



Пятнадцатого числа месяца июля две тысячи шестого года в выставочном зале города Таруса проходила презентация Книги…, имеющей почти полуметровый вертикальный размер, весящей никак не меньше нескольких килограммов, содержащей в себе 15 папок несброшюрованных листов, 43 стихотворения Беллы Ахмадулиной и 27 акварелей Мессерера, вышедшей тиражом 300 экземпляров и стоящей 10 000 рублей с учётом скидки для Тарусской публики.


Народу набилось множество, половина уместилась на стульях, остальные стояли плотным полукольцом, подпирая развешенные на стенах подлинники – акварели Мессерера.
Раскрытая Книга лежала на отдельном столе покрывая почти всё его пространство. Её благоговейно листали, придирчиво щупали репродукции великолепного качества,
пытались читать стихи, набранные непривычно огромным шрифтом, и спрашивали, не будет ли она продаваться в меньшем размере.
Первый выступающий кратко но эмоционально - пафосно обрисовал вслушивающейся публике предыдущие презентации данного издания и тут же посоветовал жителям Тарусы непременно назвать площадь именем Беллы Ахмадулиной. Он был спонсором этого проекта и по всей видимости ему не терпелось поскорее быть занесённым на скрижали истории. Так сказать получить дивиденды ещё при жизни.
Второй говорил о «возвращении весомости поэзии» и сравнивал её т.е. поэзию с деньгами, которые изначально стоили столько сколько весил металл заключённый в монете. Исходя из его рассуждения, можно было подумать, что стоимость книги должна равняться стоимости бумаги, затраченной на неё, чему явно не соответствовала в данном случае цена 10 000 рублей при весе Книги (на глаз) около 4 –х килограмм. Возможно выступающий хотел сказать, что 43 стихотворения и репродукции 27 акварелей эквивалентны 10 000 рублей, но не слишком ли это мало за красоту и боль души творческого человека, что вложены в эти произведения?
Следующий выступающий рассказал, что Белла любилa писать стихи на больших листах бумаги крупным детским почерком и что эти листы потом распинали на крыше Тарусской дачи, ждали, когда они скукожатся, пожелтеют от солнца и ветра и потом дарили эти сувениры
друзьям.
Может издатели Книги хотели покрыть стихами крыши Тарусы? Для экспериментов с распятием текстов толстая бумага Книги вполне могла бы подойти.
Восторженно срывающимся голосом дама истонченная до нервности видимо постоянной передозировкой искусством воздала хвалу акварелям Мессерера, после чего слушатели пришли к выводу, что репродукции акварелей достойны изъятия из Книги и помещения в рамочки.
В общем цели и задачи данного издания слушающим остались не ясны.
Выступление Беллы Ахмадулиной было не продолжительно. Немного сбивчиво, видимо постоянный гул рождавшийся возле стола с Книгой долетал и до неё, но очень красиво, читая она как бы подхватывала в воздухе, своими маленькими ручками пытающиеся ускользнуть строки, она прочитала несколько стихов. Точнее можно сказать, что она прозвучала стихами, так как весь её образ, взгляд, повороты головы, всё это звучало вместе со словом, рождая удивительную гармонию, поэтическую ауру, которая заставляла слушателей вытягивать шеи и стараться не дышать вовсе, чтобы не пропустить малейшие оттенки её выступления.
По завершению всего мероприятия к Белле Ахмадулиной выстроилась внушительная очередь, желающих получить автографы. Многие принесли книги, специально заготовленные, 83 года издания 25000 экземпляров, 88 г. -100000 экземпляров.
Спрашиваю.
-Белла, какие вам книги более дороги , те с которыми к вам подходят жаждущие получить Ваш автограф, вышедшие в скромном оформлении, но серьёзными тиражами или та, что сейчас монументально возлежит на столе.
Лёгкое недоумённое пожатие плеч:
-Эта? Эта ну разве что в музеи куда-нибудь, а мой читатель беден….- грустно отвечает поэтесса.

Вы наверное хотите знать купил ли кто-нибудь Книгу, весом в несколько килограммов. Да купили. Одна тонкая никому не известная девица купила её так, как покупала, наверное, негритянские маски в каком-нибудь Тунисе. И одна дама значительных размеров, известная всем на столько, что в кулуарах даже обсуждали купюрами какого достоинства, она отсчитала 10 тысяч рублей. Эта дама потом долго ходила по залу, с лёгкостью прижимая своей могучей рукой книгу весом в несколько килограмм к не менее могучему бедру, словно демонстрируя свою покупку. И видимо, считая себя вправе наводить удобный ей порядок, пыталась отогнать желающих взять автографы. Наверное купив эту весомую во всех отношениях книгу, она чувствовала, что имеет теперь права несравненно большие, чем обладатели книг, весом всего несколько сот грамм.
Сновал, возвышаясь над всеми, спонсор, желая скорее посадить в свой большой чёрный автомобиль большую поэтессу и одновременно маленькую женщину в чёрной шляпке. Нежно прижимая коробку с «Хенеси» браво вышагивал вполне удовлетворенный муж - автор акварелей.
А маленькая женщина в чёрном, рукой отяжелённой огромными янтарями всё раздавала и раздавала автографы.
И уже действительно не имея больше сил написать что либо большее, чем одно слово, старательно выводила:
БЕЛЛА

Снежана! благодарю Вас за подробный и такой живой рассказ о презентации, на которой мне так хотелось побывать. Дело в том, что 15 июля 2006 года я тоже находилась в Тарусе. Приехала на фортепианный концерт Елизаветы Леонской, увидела объявление о презентации, конечно, растроилась, надеялась, что концерт закончится до 18 часов, но увы... С уважением, Генриетта.

Снежана! Спасибище за остроумно изложенную хронику. Особенно впечатляет образ «весомости поэзии» (либо – «поэзии на развес», коли не шутите).