Стоял на стадионе клен.
Друзья его прозвали Кёльн.

Он долго вширь и к небу рос.
Ему не меньше, чем полтос.

А если ты в футболе рубишь,
За «Кельн» играл когда-то Хрубеш.

А если ты не в этой теме -
Хорст Хрубеш, красноносый немец.

Так вот, хрустел опавший лист
Со звуком «хорст» - как футболист.

Зато весной кленовый сок
Со звуком «кельн» на землю тек.

Давным-давно не видел клен.
Доселе жив, надеюсь, он,

Судьбой своей объединяя
Осенний сон и слезы мая,

И позолоту тех медалей,
Которых не завоевали,

И сладкий сок сосульки стылой,
Когда весна вступает в силу.

Тоску зимы и шепот летний
Наш Кёльн, теперь уже столетний,

Конечно, ведает не хуже.
И помнит тех, кто был с ним дружен,

Приблизиться желая нам
Когда-либо к его годам.