Не прошло и жизни - жизнь забылась:
взлёт ресниц и лёгкая рука...
За подкладку музыки забилась
строчка лета крошкой табака.

Не прошло и века - век окончен
долгих писем, заказных звонков.
И на сгибах лист уже истончен,
разверни его - и был таков.

Потому так боязно тревожить
в три забвенья сложенную весть.
Пусть молчит до срока то, что можно
только раз единственный прочесть.

Только раз, совсем уже последний -
эту тяжесть с лёгкою рукой,
слог разлуки и полудень летний,
прямо в грудь летящие строкой!