Свадьбы на Троицу

В ту Троицу пораньше выехать не получилось.  
   Лишь после часа дня  
В субботу, когда вовсю уж солнце раскалилось,  
Я заскочил в полупустой вагон и он повез меня.  
Все окна настежь,  раскалены сиденья, все страхи  
опаздать остались позади. Состав бежал  
Вдоль задних стен домов, затем пересекли  
Поток слепящих стекол ветровых, вдыхали запах  
Рыбацких доков; разлив реки оттуда нарастал,  
Где встретились простор воды, и неба, и земли.

 Весь день сквозь плотную жару, которыя стояла  

    На мили вглубь страны.

Бежал на юг наш поезд неустанно  
Широкие поля, на них стада, но тени не видны,  
Каналы с грязной пеною промышленных отходов,  
Мельканье странное теплиц, и волны изгородей вниз  
И вверх; и временами  душистый травный аромат  
Сильнее запаха клеёнчатой обивки был  внутри вагонов.  
Но только лишь пока не проезжали близ  
Очередного городка где горы сломанных авто лежат.  

Вначале я не замечал ни шума свадеб, ни сует

   Что делали они

На каждой нашей остановке:  солнца свет

Весь интерес уничтожает к происходящему в тени.

Про гиканья и крики на  перронах  
Я думал, что это грузчики почтовые мешки кидают,  
И продолжал читать. Но только поезд отошёл,  
Девиц накрашенных мы увидали из окна вагона.  
В  нарядах, претендующих на моду,  на шпильках и в вуалях -  
Они бездвижно улыбались, уставившись на  нас в упор,    

 Махали нам платочками, прощаясь словно,  
    Со всем, что пережило  
Событие такое. И я: теперь уже с вниманием огромным,  
Старался разглядеть что было силы,  
И видел снова всё, но как-бы в новом свете:  
Отцов с широкими подтяжками под пиджаками  
И лбами потными; крикливых  толстых матерей,  
И дядьку пошляка; потом они - кудряшки в перманенте,  
Перчатки из нейлона, блестяшки с жемчугами,  
Сиреневых, лимонных - всех мастей.
 
 

Все это сильно отличало тех девушек от остальных.  

    Да, и в банкетных холлах,
И в пабах, и в кафе, украшенных букетами цветов живых,  

Дни свадеб завершались. В ряд, друг за другом на платформах  

Молодожены садились в поезд, вокруг толпа толкалась;  
Последних конфетти, последних наставлений горсть  
Уж брошены. И отъезжая,  мы различали из окна вагона  
Все спектры чувств на лицах провожавших: усталость,  
Скуку у детей; отцов довольство -  как все удалось,  
Прошло с успехом всё огромным,  

Пусть и нелепым, но на миллион;

   Вовсю секретничали дамы
Как будто в день веселых похорон;
Девицы, в сумочки свои вцепившись, на драмы  
Религиозного ранения глядели. И вот, свобода, слава Богу

 Наполненные всем увиденным, спешим мы в Лондон,  
Сквозь клубы пара пробираемся с трудом.  
Теперь поля сменили котлованы, и тени на дорогу  
Отбрасывали тополя, в течение минут пятидесяти долгих,  
Которых хватит, как окажется потом,  

 Чтоб лишь поправить шляпу и сказать

    Я чуть живой,    
Не шутка - столько свадеб увидать!
Не меньше дюжины. Сейчас они со мной

Сидели рядом. Мелькали за окном пейзажи быстро.

Никто не думал о других, кого они не встретят никогда, 
Или о том, как этот час в их судьбах отразится.  
Мелькали кинотеатр, градирня, футболисты...
Я думал о почтовых кодах Лондона тогда,  
Нарезан на районы он, словно поля пшеницы:  

 Туда мы и держали путь. Когда на всех парах неслись  
    Сквозь узловой разъезд  
Покрытых копотью вагонов пульмановских близь  
Несла конец. Казалось, что вот-вот померкнет свет  
И путешествие закончится. В этом мгновеньи  
Потенциал таился, что мощью вырваться хотел  
От происшедших перемен. Но поезд вдруг остановился,  
Нажаты тормоза и ощущение падения  
Разлилось, будто ливень стрел,   
Запущенных в неведомую даль,  где-то дождем пролился.