АКТ ПЯТЫЙ
Входит ГАУЭР.
ГАУЭР
Из дома блуда перешла Марина
В дом чести и, надеждою жива,
Танцует с грациею лебединой,
Поёт с очарованьем божества.
Учёные в восторге: ведь нельзя же
Им отрицать игру её ума.
А в вышитом её рукой пейзаже
Природа изливется сама.
Богатые девицы в этом крае
К Марине ученицами текут,
И злато к ней течёт, перетекая
В бездонные карманы злых Паскуд.
Но из виду Перикла потеряли
Мы с вами. Он, попавшись буре в плен,
Под чёрным флагом царственной печали
Заброшен к побережью Митилен.
Что в кабале дитя его томится
В том городе, конечно, он не знал.
Тем часом многолюдная столица
В Нептунов день стремилась на причал.
Едва завидев тирскую флотилью,
К ней выплыл на галере Лизимах.
Вы, может быть, уже вообразили
Марину эту в голубых тонах?
[Пояснение. Марина — здесь: морской пейзаж. Шутка переводчика. При постановке можно сказать: картину.— А. Ф.]
Уходит.

Сцена 1.
Митиленская бухта. Корабль ПЕРИКЛА.
На палубе — шатёр.
Входят МАТРОСЫ, СЛУГИ и ГЕЛИКАН.
ТИРСКИЙ МАТРОС
Где мудрый Геликан? А вот и он.
К нам приплыла из Митилен галера.
На ней со свитой некто Лизимах.
Покорно ждём твоих распоряжений.
ГЕЛИКАН
Его со всем почтением принять.
Позвать придворных!
ТИРСКИЙ МАТРОС
Господа, входите!
Вас призывает Геликан.
Входят ПРИДВОРНЫЕ.
ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ
Мы здесь.
ГЕЛИКАН
Пожаловал к нам гость особо важный.
Примите соответственно его.
ПРИДВОРНЫЕ уходят и возвращаются с ЛИЗИМАХОМ, его СВИТОЙ и двумя МАТРОСАМИ.
ТИРСКИЙ МАТРОС
Вот этот человек — наш управитель.
ЛИЗИМАХ
Привет тебе, достопочтенный муж.
Богами будь храним.
ГЕЛИКАН
Тебе, почтенный,
Дожить желаю до моих годов
И так же умереть, как я хотел бы.
ЛИЗИМАХ
Я искренне тебя благодарю.
На берегу я прославлял Нептуна,
А в море вам я должен честь воздать.
Честны́е гости, кто вы и откуда?
ГЕЛИКАН
Узнать хотим мы то же о тебе.
ЛИЗИМАХ
Я Лизимах, правитель государства.
ГЕЛИКАН
Мы подданные тирские. Перикл
Наш государь, на корабле, однако
Три месяца ни с кем не говорит,
А ест лишь для продления печали.
ЛИЗИМАХ
Но чем поранен он так глубоко?
ГЕЛИКАН
Рассказывать об этом слишком долго.
А если в двух словах, он потерял
Жену и дочь.
ЛИЗИМАХ
Его увидеть можно?
ГЕЛИКАН
Боюсь, что он не станет говорить.
ЛИЗИМАХ
И всё-таки мне хочется.
ГЕЛИКАН
Тогда
Смотри.
(Раздвигает полы шатра.)
А он недавно был прекрасен.
И вот одна чудовищная ночь
Его безжалостно перемолола.
ЛИЗИМАХ
Приветствую тебя, великий царь.
Пусть любят божества тебя, как прежде.
ГЕЛИКАН
И после этих слов желаешь ты,
Чтоб он ответил!
ПЕРВЫЙ ПРИДВОРНЫЙ
Но зато я знаю,
Кто может впрямь его разговорить.
Живёт одна девица в Митиленах…
ЛИЗИМАХ
О, что за мысль! Конечно же — она!
В ней всё прекрасно: и лицо, и голос,
И прочие достоинства, и ум.
Она его, бесспорно, отогреет
И возбудит почти отмерший слух,
Насильно им от мира отвращённый.
Я думаю, с подругами сейчас
Она в прибрежной роще веселится.
ЛИЗИМАХ делает знак ПРИДВОРНОМУ. Тот уходит.

ГЕЛИКАН
Конечно, средство это не поможет,
Однако мы ухватимся за всё,
Что люди благодетельным считают.
Недуг зашёл уж слишком далеко
Ещё одно: быть может, вы любезно
Позволите провизию у вас
На путь обратный закупить? Имеем
Мы золото в достатке, но еда
От длительного странствия подтухла.
ЛИЗИМАХ
Как можно в этой просьбе отказать!
Да мы за это были бы достойны,
Чтоб жужелицы хлеб наш извели.
Но расскажи подробней о несчастьях,
Так изменивших вашего царя.
ГЕЛИКАН
Изволь. Нет, не сейчас, немного позже.
ПРИДВОРНЫЙ возвращается с МАРИНОЙ и её УЧЕНИЦЕЙ.
ЛИЗИМАХ
За этой девой я и посылал. —
О, здравствуйте, прекрасные! — Ведь чудо!
ГЕЛИКАН
Согласен, чудо.
ЛИЗИМАХ
Если б я вполне
Уверен был в её происхожденье,
Женился бы на ней и не желал
Другой, себя сочтя архисчастливым. —
Прекрасная, мы в доброте твоей
Нуждаемся, чтоб исцелить больного.
Он царь, тебя по-царски наградят,
Когда исполнишь ты свою задачу.
Верни ему сознание и речь.
МАРИНА
Всё, что сумею — сделаю. Оставьте
Обеих нас наедине с больным.
МАРИНА поёт.
ЛИЗИМАХ
Ступайте. Боги им сейчас нужнее. —
Что, пением твоим он потрясён?
МАРИНА
Не потрясён. Не шелохнулся даже.
ЛИЗИМАХ
С ним говорить пытается она.
МАРИНА
Пожалуйста, послушай, господин.
ПЕРИКЛ
Угум.
МАРИНА
Послушай. Я застенчива. Привыкла
Внимания к себе не привлекать,
Была для всех кометой мимолётной.
Но я прошу: сейчас меня заметь.
Тебе я родственница по страданьям.
Они весомы так же, как твои.
Меня судьба унизила жестоко,
Я от высоких предков родилась,
Однако что теперь об этом помнить?
Я потеряла и отца, и мать.
Случайности меня поработили,
И жизнь моя превратностей полна.
Теперь я не могу тебя оставить.
Горит лицо, и словно кто-то шепчет:
Дождись, быть может, он заговорит.
ПЕРИКЛ
Превратности… страданья… род высокий…
Они весомы так же, как мои?
МАРИНА
Я думаю, что ты, узнав всё это,
Внимание ко мне бы проявил.
ПЕРИКЛ
Кого-то смутно ты напоминаешь.
Откуда ты, прекрасное дитя?

[Пояснение. Откуда ты, прекрасное дитя? — в оригинале есть эта фраза почти дословно. У меня аллюзия на «Русалку», подключающая пушкинский контекст. Напомню, что это слова князя, обращенные к его потерянной дочери — русалочке. — А. Ф.]
Ты родилась на этом побережье?
МАРИНА
Нет, ни на этом и ни на каком.
Хотя, как все, я родилась, конечно.
ПЕРИКЛ
Страданьями я переполнен так,
Что изливаются они слезами.
Ведь ты — живой портрет моей жены,
И думаю, что дочь была б такою —
С таким же серебристым голоском,
Глазами-адамантами, с точёной
Фигурой и осанкою богинь.
Слух истощённый ты питаешь словом,
Но он не насыщается отнюдь,
Всё больше голодает и стремится
Вкушать твою изысканную речь.
Где ты живёшь?
МАРИНА
На побережье тут.
Меня чужие люди приютили —
Одна добросердечная семья.
ПЕРИКЛ
А где ты родилась и получила
Свои такие ценные дары,
Которые собой обогащаешь?
МАРИНА
Ты сказкою почёл бы мой ответ.
ПЕРИКЛ
Нет, говори: на ложь ты не способна,
С невинною твоею простотой.
Ты выглядишь прекрасною ротондой,
Где обитает Истина сама.
Пускай рассказ твой будет необычным,
Ты — воплощенье дорогих мне душ,
Которые с неправдой не совместны.
Ответь мне, кто родители твои.
Ты говорила, что, узнай я это,
Вниманье обратил бы на тебя.
МАРИНА
Да, говорила.
ПЕРИКЛ
Кто твои родные?
Ты, помнится, ещё произнесла,
Что бедствия твои с моими сходны
И жизнь твоя превратностей полна.
МАРИНА
Да, в точности. И всё считаю правдой.
ПЕРИКЛ
О, если ты хоть часть моих невзгод
Пережила, пожалуй, ты мужчина:
Не я ж несчастья женщин испытал.
Ты выглядишь как памятник Терпенью.
Поведай о лишениях своих.
Но как зовут тебя, скажи сначала.
МАРИНА
Мариной.
ПЕРИКЛ
Издевательство богов?
Однако чем я мог их так прогневать,
Чтоб целый мир смеялся надо мной?
МАРИНА
Но если так, я продолжать не стану.
ПЕРИКЛ
Не обижайся: ты не можешь знать,
Как слух мой взволновало это имя.
МАРИНА
Но царь, отец мой, так меня назвал.
ПЕРИКЛ
Ты дочь царя? И, сверх того, Марина?
МАРИНА
Ты веришь мне, но слишком возбуждён.
Чтоб не вредить тебе, я умолкаю.
ПЕРИКЛ
Ответь: ты в самом деле плоть и кровь?
И сердце бьётся у тебя? Ведь ты же
Не фея? Ты не тень? Где и когда
Ты родилась? И отчего зовёшься
Мариной?
МАРИНА
Я на море рождена
Во время бури.
ПЕРИКЛ
Что? На море? В бурю?
А мать?
МАРИНА
Она царицею была.
Но мигом позже моего рожденья
Скончалась. Много раз об этом мне
Рассказывала нянька Лихорида.
ПЕРИКЛ
Остановись! — Какой глумливый сон!
За что судьба терзает нас, убогих?
Мертва Марина и погребена. —
А где ты получила воспитанье?
Всё расскажи — тебя я не прерву.
МАРИНА
Но по глазам я вижу: ты не веришь.
ПЕРИКЛ
Нет, я поверю — только говори!
Где ты росла и как сюда попала?
МАРИНА
Царь, мой отец, меня доставил в Тарс.
Там и росла я при дворе Клеона,
Который оказался подлецом.
Он и его мегера Диониза
Меня зачем-то вздумали убить
И наняли мерзавца душегуба.
Когда он к исполненью приступил,
Нагрянула пиратская ватага,
Спасла меня и продала сюда.
Ты плачешь? Так растроган ты рассказом?
Я всё-таки не лгунья для тебя?
Не самозванка? Верь: я дочь Перикла.
Быть может, благородный царь Перикл
Ещё не умер.
ПЕРИКЛ
Геликан!
ГЕЛИКАН
Что скажешь,
Мой благородный царь?
ПЕРИКЛ
Ты мудр и честен.
Скажи, кем эта дева может быть,
По-твоему? Кто вызвал эти слёзы?
ГЕЛИКАН
Не знаю, но правитель Митилен
Её почтил высокими хвалами.
ЛИЗИМАХ
Она лишь тихо плакала, когда
С вопросами о том, что было прежде,
К ней обращались.
ПЕРИКЛ
Добрый Геликан,
Порежь мне руку, чтобы этой болью
Меня отвлечь от радости — не то
Я утону в ней, как в морской стихии.
О, подойди! Я породил тебя,
А ты меня для жизни возродила.
Итак, явилась в море ты на свет,
И в Тарсе похоронена, и в море
Ты ожила. Молись же, Геликан,
Небесные перекрывая громы:
Нашлась Марина! — Я тебе задам
Вопрос последний, чтобы растопилось
Сомненье окончательно. Скажи:
Как звали мать твою?
МАРИНА
Прошу: сначала
Мне сам откройся, кто ты.
ПЕРИКЛ
Я Перикл,
Царь Тирский. Отвечай мне так же ясно:
Как звали мать покойную твою?
Скажи — и станешь дочерью моею,
Наследницей престола. Говори!
МАРИНА
Так, значит, слова одного довольно
Для измененья всей моей судьбы?
Как звали женщину, ценою жизни
Родившую меня? А самого
Рожденья мало? Звали мать Таисой.
ПЕРИКЛ
Так будь благословенна! Геликан,
Настало время переодеванья.
Снимаю траур — это дочь моя.
Хоть мне внушил Клеон бесчеловечный,
Что умерла она, ты видишь сам
Её живой. Но всё она расскажет.
Сейчас пред ней колена преклони
И назови её царевной Тира.
А кто с тобою?
ГЕЛИКАН
Милитенский царь.
Тебя проведать он сюда явился.
ПЕРИКЛ
Дай обниму тебя. Сейчас надеть
Мне мантию пора. Теперь одежду
Безумия с себя я совлеку.
О боги, дочь мою благословите!
Мне музыка чудесная слышна…
Поговори, Марина, с Геликаном.
Я вижу: он в сомнении пока.
Вы слышите божественное пенье?
ГЕЛИКАН
Прости, не я не слышу ничего.
ПЕРИКЛ
Что, вовсе ничего? Но ты, Марина?
ЛИЗИМАХ
Не следует больному возражать.
ПЕРИКЛ
Но ты хоть слышишь, Лизимах?
Музыка.
ЛИЗИМАХ
Прекрасно.
ПЕРИКЛ
Мелодия меня обволокла.
Сон нависает плотною завесой
Над веками. Я должен отдохнуть.
ПЕРИКЛ засыпает.
ЛИЗИМАХ
Под голову подушку подложите.
Потом мы удалимся. Если я
События трактую не превратно,
То век добром вас буду поминать.
Уходят все, кроме ПЕРИКЛА.
Возникает ДИАНА.
ДИАНА
В Эфес, в мой храм пора тебе стремиться,
И жертву принести ты должен там.
Пускай услышат девственные жрицы,
Как предал ты жену свою волнам.
Исполнишь — увенчаешься победой.
О сновиденье остальным поведай.
ДИАНА исчезает. ПЕРИКЛ просыпается.
ПЕРИКЛ
Диана! Я исполню твой приказ,
Владелица серебряного лука.
Скорей сюда, мой верный Геликан!
Входят ГЕЛИКАН, ЛИЗИМАХ и МАРИНА.
ГЕЛИКАН
Да, государь?
ПЕРИКЛ
Я устремился к Тарсу:
Коварного Клеона покарать,
Но долг иной велит мне быть в Эфесе.
Плывём туда. Всё объясню потом. —
Ты, Лизимах, позволишь нам припасы
Пополнить? Вдосталь золота у нас.
ЛИЗИМАХ
Я буду счастлив. Но с ответной просьбой
К тебе немного позже обращусь.
ПЕРИКЛ
Тебе отдам я всё, чего желаешь.
Хотя бы дочь. Тебе я доверять
Могу безоговорочно. Я знаю:
В твоей земле с ней мило обошлись
ЛИЗИМАХ
Дай руку, государь.
ПЕРИКЛ
Идём, Марина.
Уходят.

ИНТЕРМЕДИЯ
Входит ГАУЭР.
ГАУЭР
Я сквозь века рассказ влеку.
Но сколько сыпаться песку
В моей клепсидре? И финал
На горизонте заблистал.
Не надо лишних мне забот.
Пускай фантазии полёт
Вам разрисует, как почтен
Перикл монархом Митилен.
А Лизимах ликует: он
Теперь с Мариной обручён,
Но мужа обретёт права,
Диане долг отдав сперва.
И вот закончены дела.
В Эфес флотилия пошла.
Перикл спешит — ему вослед
И мы спешим. И дела нет
Нам до подробностей пути.
Вот цель достигнута почти.
Герои движутся во храм.
А прочее покажут вам.
Уходит.

Сцена 2.
Эфес. Храм ДИАНЫ.
У алтаря верховная жрица — ТАИСА. Вокруг неё — ЦЕРИМОН и ВЕСТАЛКИ.
Входят ПЕРИКЛ, ГЕЛИКАН, ЛИЗИМАХ и МАРИНА.
ПЕРИКЛ
Диана, исполняю твой приказ.
В Эфесе объявляю при весталках,
Что Тирский я властитель — царь Перикл.
Смертельною опасностью гонимый,
Я дом покинул, начиная путь
Нелёгкий. Занесло меня в Кирену.
Женился я на дочери царя —
Прекраснейшей Таисе. Мы поплыли
На родину мою, попали в шторм.
Жена была на сносях и скончалась,
Родив мне дочь, которую назвал
Мариною, — она до этих пор
Не расстаётся с поясом Дианы.
Оставил в Тарсе я своё дитя
На воспитание царю Клеону.
Когда Марина выросла, её
Необъяснимо он возненавидел
И даже попытался погубить.
Но звёзды от беды спасли Марину,
А после в Митилены привели.
Туда и нас счастливый рок забросил.
Там я Марину встретил и узнал
В ней кровь родную по её рассказу.
ТАИСА
Лицо и голос! Ты и впрямь Перикл!
ТАИСА делается без чувств.
ПЕРИКЛ
Мне только этой смерти не хватало.
Однако что же с ней произошло?
ЦЕРИМОН
Солгать нельзя пред алтарём Дианы.
Я думаю, что ты нашёл жену.
ПЕРИКЛ
Да я ж её вот этими руками,
Упрятав в ящик, в море утопил!
ЦЕРИМОН
Поблизости отсюда?
ПЕРИКЛ
Я уверен.
ЦЕРИМОН
Ну, и зачем же это сделал ты,
Когда живой была твоя супруга?
Её мы обнаружили в гробу,
С ней были драгоценные каменья.
Насилу к жизни я её вернул.
Потом она пошла служить Диане.
ПЕРИКЛ
Могу ль я эти камни увидать?
ЦЕРИМОН
Она мне их дала на сохраненье.
В моём дому я буду рад тебе
С женой. Она опять воскресла, кстати.
ТАИСА
О, дайте мне взглянуть! Когда бы он
Был мне чужим, тогда мой сан священный
Велел бы мне глазам не доверять,
Хотя бы и вводил во искушенье
Меня мой слух. И вправду ты Перикл?
Так родила я дочь во время бури…
Перикл, я узнаю твои черты.
ПЕРИКЛ
А я, Таиса, узнаю твой голос,
Который счёл умолкнувшим навек.
ТАИСА
Как видишь, я опять заговорила,
[Пояснение. Шутка переводчика — так сказать, эффект синестезии, когда слышат глазами. У Шекспира, кстати, есть такой образ (напр.: To hear with eyes belongs to love’s fine wit, сонет XXIII). В данном фрагменте чувства героев пребывают в смятении: зрение может не верить слуху и т. п. — А. Ф.]
Хотя была утоплена тобой.
ПЕРИКЛ
Да, как сама Диана ты бессмертна.
ТАИСА
Сомнения рассеялись совсем.
Когда Пентаполис мы покидали,
Отец мой подарил тебе кольцо
Такое ж точно, как моё.
ПЕРИКЛ
О, щедрость
Богов! Сокровищ столько я обрёл
И ничего при этом не лишился.
Пародией трагедия была,
Как это выясняется в финале.
О если бы моя тугая плоть
Могла исчезнуть, сгинуть, испариться,
Когда дыханье уст твоих вопью!
[Пояснение. Шутка переводчика. Цитата из «Гамлета» — главной трагедии Шекспира (перевод Б. Л. Пастернака) — иллюстрирует сказанное выше о пародии на трагедию. С другой стороны, вся эта история «испарится», рассеется, как туман. Цитата именно в таком варианте имеет и другую интертекстуальную отсылку — к «Покровским воротам», где Гамлета как бы играет комик и пародист Велюров. Эта тема «несостоявшегося Гамлета»: актер хотел бы играть его, а приходится — совсем другое. Персонажи «Перикла» — такие же несостоявшиеся герои высокой трагедии. — А. Ф.]
А я бы утопил тебя в объятьях!
[Пояснение. Желание Перикла не просто похоронить (в оригинале: be buried) Таису в объятиях работает на тот же образ и продолжает проходящую через пьесу тему текучести, связи с водной стихией. — А. Ф.]
МАРИНА
К твоей груди припасть желаю, мать,
Всем сердцем!
ПЕРИКЛ
Пред тобой твоя Марина,
Рождённая на море, плоть от плоти
Твоей, Таиса.
ТАИСА
О, моё дитя!
Благословенна будь.
ГЕЛИКАН
Моя царица,
Я всей душой приветствую тебя.
ТАИСА
Но кто ты, старец? Я тебя не знаю.
ПЕРИКЛ
Заочно знаешь. Я ведь рассказал,
Что Антиох охотился за мною.
Я из-за этого покинул Тир
И старика наместником оставил.
Так он перед тобой.
ТАИСА
Ты Геликан?
ПЕРИКЛ
Он Геликан — и, значит, ты Таиса.
Ещё одно свидетельство тому,
Что нет ошибки. Милая Таиса,
В объятья Геликана заключи.
Пожалуйста, поведай мне скорее:
Кому, за исключением богов,
Я воскрешением твоим обязан?
Какой кудесник это сотворил?
ТАИСА
Великий Церимон. В его искусстве
Явилось провидение божеств.
Он всё тебе расскажет.
ПЕРИКЛ
Провиденье
Достойного служителя нашло.
Воистину — ты сам богоподобен.
Но как ты оживил мою жену?
ЦЕРИМОН
Я всё, конечно, расскажу, но прежде
Я приглашаю всех ко мне домой.
Что обнаружилось в гробу с царицей,
Представлю и причину объясню
Её ухода в храм. И обещаю,
Что важного не скрою ничего.
ПЕРИКЛ
За вещий сон, чистейшая Диана,
Хвала тебе! Я жертву принесу. —
Таиса, вот кто станет нашим зятем.
В Пентаполис направим корабли
И там сыграем свадьбу. С наслажденьем
Я бороду свою укорочу,
Она годами не видала бритвы,
И я на троглодита стал похож.
Но я украшусь — и украшу праздник.
ТАИСА
Отец мой умер.
ПЕРИКЛ
Боги превратят
Его в прекраснейшее из созвездий.
И всё же мы в Кирену поплывём
И после свадьбы там с тобой осядем,
А молодые жить поедут в Тир. —
Веди нас, Церимон, чтоб мы узнали
Доселе не известные детали.
Уходят.

Входит ГАУЭР.
ГАУЭР
Итак, мы увидали Антиоха,
Что дочь свою растлил и кончил плохо.
Перикл, хоть плавал в море бед порой,
Остался невредим — со всей семьёй.
Марина, добродетелью богата,
Сумела уцелеть в гнезде разврата.
Двух старцев судьбы ясно говорят
О том, что старость — вовсе не распад.
Вот Геликан — он воплощенье чести
С достоинством и преданностью вместе.
Другой — достопочтенный Церимон —
И добротой, и знаньем осенён.
Злодей Клеон с чудовищной женою
Возмездье обрели вполне земное —
До божеского: двух исчадий зла
Толпа, взъярившись, во дворце сожгла.
Ну, что же: получает воздаянье
И тот, кто лишь замыслил злодеянье.
Терпенье проявили вы, и впредь
Вам не придётся больше нас терпеть.
Уходит.
26.06.2026