АКТ ВТОРОЙ
Входит ГАУЭР.
ГАУЭР
Был перед вами царь-злодей,
Растлитель дочери своей.
А царь, который не был зол,
От верной гибели ушёл:
За справедливые дела
Ему фортуна помогла.
И этот ловкий индивид
В дальнейшем бедствий избежит.
Он потеряет глины ком,
Но горы обретёт потом.
Живёт он в Тарсе, и его
Все чтут, как будто божество.
Он так разумен и велик,
Что монумент ему воздвиг
Счастливый город. Но идёт
К Периклу вновь волна невзгод.
ПАНТОМИМА
ПЕРИКЛ разговаривает с КЛЕОНОМ. Появляется ГОНЕЦ и передаёт ПЕРИКЛУ письмо. ПЕРИКЛ читает его, передаёт КЛЕОНУ и награждает ГОНЦА. Все расходятся.
Письмо от Геликана: он
Тревожной мыслью возбуждён.
При Геликане Тир расцвёл,
Как царство хлопотливых пчёл.
В работе пребывает всяк.
В державе изобилье благ.
Там не хватает только зла.
И всё же к ним беда пришла
С Тальярдом. Что тут предпринять?
Пуститься в плаванье опять
Из Тарса, где обрёл приют.
Но нрав морей не в меру крут.
Лишь начался стихий разгул,
Герой наш в бездны заглянул.
Разверсты хляби все — и вот
Разбит корабль, его оплот,
И потонули моряки.
Он спасся, буре вопреки,
Хотя остервенелый вал
Его изрядно потрепал.
Но море вдруг изнемогло
От наслажденья делать зло.
И на береговой песок
Он брошен, нищ и одинок.
На то, что с ним случится впредь,
Пришла пора вам посмотреть.
Уходит.

Сцена 1.
Пентаполис. Морской берег.
Входит ПЕРИКЛ.
ПЕРИКЛ
Когда ж вы налютуетесь, созвездья?
Дождь, гром и ветер! Я лишь человек
И должен перед вами преклоняться.
Нещадно был о скалы я избит,
Всего лишен, но почему-то выжил.
Хоть мне всего желанней упокой,
Что ж я не взят могилой водяной?
Для жизни ли извергнут я на сушу?
Ну, что ж, я здесь умру и не потрушу.
Входят ТРИ РЫБАКА.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Что стал, Башлык?
ВТОРОЙ РЫБАК
Иди сюда и сеть тащи.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Ты что, Простодыр, остолбенел?
ТРЕТИЙ РЫБАК
Чего тебе надобно, старче?
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Чего встал? Багром тебя, что ли, тянуть?
ТРЕТИЙ РЫБАК
Я не могу прийти в себя после того, как эти бедолаги потонули у нас на глазах.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
В самом деле бедолаги. Их крики у меня застряли в ушах. Прямо сердце разрывается. Они так звали на помощь! А нам самим надо было спасаться.
ТРЕТИЙ РЫБАК
Между прочим, я ждал какой-нибудь гадости. Помнишь того дельфина, который резвился в волнах? Говорят, они рыбы только наполовину.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
А кто на вторую?
ТРЕТИЙ РЫБАК
Чудовищи. Видишь: дельфин бесится в море — так и знай: сам наплещешься вдосталь. У, подлые твари! Как только море носит таких тварей!
ПЕРВЫЙ РЫБАК
А как земля носит подлых тварей, которые жрут друг дружку? Богатеи похожи на китов, которые гонят перед собой косяк рыбёшек, играют, а потом как разинут пасть да как проглотят всех одним махом. Так и на земле водятся такие кашалоты, что любой из них сожрёт и попа, и весь приход,
[Пояснение. Из оригинала стишка про Робина Бобина (He ate the priest and all the people!). — А. Ф.]
пять церквей и колоколен — да ещё и недоволен.
[Пояснение. Перевод С.Я. Маршака. — А. Ф.]
ПЕРИКЛ
Премилая мораль!
ТРЕТИЙ РЫБАК
Будь я звонарём, он точно был бы недоволен.
ВТОРОЙ РЫБАК
Это почему же, дружище?
ТРЕТИЙ РЫБАК
А я бы учинил у него в нутре такой трезвон, что он бы всё извергнул. Эх, кабы наш царь Симонид Добренький был за народ…
ПЕРИКЛ
Симонид?
ТРЕТИЙ РЫБАК
Мы поморили бы трутней, которые хапают мёд, собранный пчёлами.
ПЕРИКЛ
В суждениях о суше рыбари
Бывают метки, что ни говори.
Ещё бы: ведь они принуждены
Природу познавать до глубины. —
День добрый честным труженикам моря.
[Пояснение. Название романа В. Гюго, ставшее мемом. В оригинале почти буквально: Peace be at your labour, honest fishermen. — А. Ф.]
ВТОРОЙ РЫБАК
Честным? Да что за честь, коли нечего есть! Да в каком же календаре ты видал добрые дни для честных людей? Да ты откуда взялся такой?
ПЕРИКЛ
Сварливым морем выброшен сюда.
ВТОРОЙ РЫБАК
Видать, оно выбросило тебя от несварения.
ПЕРИКЛ
Вода и ветер мной играли в теннис
И, основательно изыстязав,
На берег ваш пустынный зашвырнуло.
И вынужден о помощи просить
Не ведавший доныне слова «просьба».
ПЕРВЫЙ РЫБАК
А вот это жаль. У нас в Греции попрошайничать выгоднее, чем работать.
ВТОРОЙ РЫБАК
Ну, просить ты не умеешь. А рыбачить?
ПЕРИКЛ
Нет, и этого не умею. Никогда ничего не ловил.
ВТОРОЙ РЫБАК
И зря. Хочешь есть — надо ловить, а главное — поворачиваться. Иначе ты не жилец.
ПЕРИКЛ
Однако я вертеться не смогу,
Хотя, пожалуй, и перевернулся:
Я превратился в нищего. Теперь
Я, весь от холода окостеневший,
Косноязычен слишком для того,
Чтоб вас просить о вспомоществованье.
Когда я не жилец, прошу мой прах
В земле похоронить, а не в волнах.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
А в волнах-то зачем, когда море выплеснуло тебя? И зачем тебе гибнуть на суше? Боги тебя не затем сюда привели. Да ты, брат, хват. Тебе море по колено. Возьми хламиду, согрейся. Иди к нам. У нас найдётся и рыба для будней, и мясо для праздников. Будут и оладьи, и даже британский пудинг.
ПЕРИКЛ
Вот за это благодарю.
ВТОРОЙ РЫБАК
А говорил, что никогда не просишь на бедность.
ПЕРИКЛ
Я просил только похоронить меня.
ВТОРОЙ РЫБАК
Эва! Да чтобы всех бедняков так хоронили!
ПЕРИКЛ
А как же их обычно хоронят?
ВТОРОЙ РЫБАК
Обычно их при этом не кормят. Но пора выбирать сеть.
ВТОРОЙ и ТРЕТИЙ РЫБАКИ уходят.
ПЕРИКЛ
Трудолюбивые и остроумные молодчики.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
А знаешь ты, куда попал?
ПЕРИКЛ
Боюсь, что нет.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Наша земля называется Пентаполис, а правит ею Симонид Добренький.
ПЕРИКЛ
Добренький? Разве он не Добрый?
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Конечно, нет.
ПЕРИКЛ
Из чего это следует?
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Из характера его правления.
ПЕРИКЛ
Да, такое прозвище надо заслужить. И далеко отсюда его дворец?
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Полдня пути примерно. У него красавица дочь, так завтра её рождение. Со всего света съедутся женихи рискнуть из-за неё головой.
ПЕРИКЛ
Каким образом?
ПЕРВЫЙ РЫБАК
На поединке. Поломать копья.
ПЕРИКЛ
А! Так бы и я рискнул, только вряд ли смогу.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Э, добрый господин, мочь не обязательно, а хотеть — почему бы и нет?
ВТОРОЙ и ТРЕТИЙ РЫБАКИ возвращаются с сетью.
ВТОРОЙ РЫБАК
Подсоби, хозяин, подсоби! Добыча запуталась в сетях, как мошка в паутине суда.
[Пояснение. Паутина — аллюзия на Анахарсиса. — А. Ф.]
Да это и не рыба: у неё не чешуя, а кольчуга, хотя и проржавевшая.
ПЕРИКЛ
Кольчуга? Покажите мне её.
Благословение, тебе, Фортуна:
За всё вознаградила ты меня.
Кольчуга эта мне принадлежала.
Отец мой говорил, сходя во гроб:
«Меня спасало это облаченье.
Теперь оно послужит и тебе».
И я хранил отцовское наследье,
Однако волны отняли его,
Хоть по своей же прихоти вернули.
Я выгляжу потерянным теперь,
Но море возмещает часть потерь.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Ты, никак, что-то задумал?
ПЕРИКЛ
Никак — я не сказал бы. Но задумал.
Друзья, отдайте этот мне улов.
Кому известно это одеянье,
Когда не мне! Подарок от царя,
Который другом был моим доныне,
И я его дарами дорожу.
Теперь меня сведите к Симониду.
Хочу предстать я воином пред ним.
Прошу вас разделить мою затею,
А я тянуть с уплатой не умею.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Ты хочешь потягаться за царевну?
ПЕРИКЛ
Хочу своё искусство изъявить.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Тогда бери кольчугу. Боги в помощь.
ВТОРОЙ РЫБАК
Постой, дружище. Мы порвали сеть,
Когда вытягивали это чудо
Из толщи вод. Так ты уж подмогни
Добыть другие снасти, попрочнее.
ПЕРИКЛ
Покойны будьте: не забуду вас,
Поскольку вы меня одели сталью.
Вот этот перстень с пальца моего
Стихией возмущённою не сорван.
За перстень я куплю себе коня,
Который изумил бы всех на свете,
Когда бы он ходил под чепраком.
ПЕРВЫЙ РЫБАК
Не беспокойся, ты чепрак получишь.
Свой лучший плащ на это я отдам.
И до дворца тебя сопровожу я.
ПЕРИКЛ
Во имя чести я иду туда,
Иначе будет новая беда.
Уходят.

Сцена 2.
Арена. Трибуна для знатных особ.
Входят СИМОНИД, ТАИСА, САНОВНИКИ и СВИТА.
СИМОНИД
Готовы ли соперники к борьбе?
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Да, все до одного. Сейчас предстанут
Они перед тобою, государь.
СИМОНИД
Конечно, предо мною, но скорее
Перед виновницею торжества.
Пускай проявят мужество и силу,
Как красоту свою она явила.
ПЕРВЫЙ САНОВНИК уходит.
ТАИСА
Отец, как можно красоте моей
Равняться с доблестью богатырей!
СИМОНИД
Не только. Августейшие особы
Должны с богами сравниваться, чтобы
Не растерять величие и стать
И редкими брильянтами блистать.
Всех витязей, что мы увидим ныне,
Девизы ты переведёшь с латыни.
ТАИСА
Вот в этом я, пожалуй, не слаба.
Выходят ПОЕДИНЩИКИ, почти все с ОРУЖЕНОСЦАМИ.
СИМОНИД
Кто первым нам является?
ТАИСА
Спартанец.
А на щите — смотрите: эфиоп,
Который к солнцу тянется, и надпись:
«Ты солнце для меня и жизнь сама».
СИМОНИД
Воистину, любовь его безмерна:
Её он ставит с жизнью наравне.
А кто второй?
ТАИСА
Он македонский воин.
А на щите его легионер,
Склоняющийся перед дамой сердца.
И лозунг: «Нежность сил любых сильней».
СИМОНИД
Кто третий?
ТАИСА
Витязь из Антиохии.
Венок лавровый на его щите
И клятва в устремленье к высшей славе.
СИМОНИД
Четвёртый герб?
ТАИСА
Там обращённый вниз
Горящий факел. Надпись означает:
«Я тем угашен, чем воспламенён».
СИМОНИД
Здесь речь о красоте: она всецело
Существованьем нашим завладела.
Ведь красота одна гласит о том,
Живём на свете мы иль не живём.
ТАИСА
А вот рука, объятая туманом.
В ней золото, а рядом оселок.
И надпись: «Вот воззренье на любовь».
СИМОНИД (о ПЕРИКЛЕ)
А кто ж из этих витязей последний,
Что так удало сам свой знак несёт?
ТАИСА
По-моему, он прибыл издалёка.
Взамен герба тут высохшая ветвь,
Где только верх зелёным остаётся.
И надпись: «Лишь надеждой я живу».
СИМОНИД
Я думаю, что он избит судьбою,
Но упованьем на тебя живёт.
Его мораль воистину прекрасна.
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Но вид его уж больно неказист.
Ужасна эта ржавая кольчуга.
Ему сподручней драться не копьём,
А дрыном.
ВТОРОЙ САНОВНИК
Ну, конечно, это варвар:
Не знает наших нравов он совсем.
ТРЕТИЙ САНОВНИК
По ржавчине мы видим инородца:
Должно быть, прахом ржавчина сотрётся.
СИМОНИД
Вы чепуху несёте: внешний вид
О человеке мало говорит.
Но выезжают витязи. Скорее
Должны мы перейти на галерею.
ГОЛОСА
Наследства он, как видно, был лишён.
[Пояснение. В оригинале: all cry ‘The mean knight!’ («Захудалый рыцарь!»). У меня аллюзия на «Айвенго» В. Скотта. — А. Ф.]
Уходят.

Сцена 3.
Пиршественный зал во дворце.
Входят
СИМОНИД, ТАИСА, ВОИНЫ, САНОВНИКИ, СВИТА.
СИМОНИД
Герои, вам привет! Я не желаю
Напыщенною речью вас почтить.
Вы все и так заглавья начертали
На книгах ваших подвигов, хотя
В словах и не нуждается отвага.
Так веселитесь кто во что горазд.
ТАИСА (ПЕРИКЛУ)
Но исключенье ты из них, мой витязь.
Ты лучшим был сегодня — я тебя
Венком победным этим короную.
ПЕРИКЛ
Я не искусным, а счастливым был.
СИМОНИД
Но увенчал ты этот день достойно.
Надеюсь, что не нажил ты врагов:
Ведь никого мы тяжело не раним,
Искусство развивая состязаньем.
Однако час для пира подошёл. —
Распоряжайся, празднества царица.
Пусть каждый по заслугам разместится.
ВОИН
С Добрейшим Симонидом сесть за стол —
Уже почёт.
СИМОНИД
И мне почтить гостей,
Как почитать богов, — всего милей.
САНОВНИК
Тебе приличествует это место.
ПЕРИКЛ
Преувеличенная почесть.
ПЕРВЫЙ ВОИН
Нет.
Мы к самым лучшим зависти не знаем
И не умеем скромных презирать.
ПЕРИКЛ
Я понимаю.
СИМОНИД
Ну, садись! Садись же!
Далее герои говорят про себя.
ПЕРИКЛ
Юпитером, владыкой наших дум,
Клянусь: не естся мне, я занят ею.
ТАИСА
Юнона, матерь брачных очагов!
Все эти яства для меня безвкусны.
А мысли занимает он один.
В моём он вкусе — так бы проглотила…
Не сомневаюсь: он аристократ.
[Пояснение. В оригинале она изъясняется ещё хлеще: Wishing him my meat (Желаю ему быть моим мясом). — А. Ф.]
СИМОНИД
Бесспорно, он не из аристократов.
Скорее дворянин-провинциал.
Ну, два копья сломал. И всё ж нельзя нам
По праву не воздать ему похвал.
ТАИСА
Прошёлся он, алмаз, по ним, стеклянным.
ПЕРИКЛ
А этот царь точь-в-точь как мой отец:
Он так же восседает на престоле,
Как солнце в окружении планет,
Во всём его влиянию покорных.
А я, как светлячок, во тьме свечу,
Сиять при свете мне не по плечу.
Так время — всем источник и могила,
Властитель всех людей — установило,
Лишь прихотям потворствуя своим,
Давать на то, чего мы не хотим.
Начинают говорить громко.
СИМОНИД
Вам весело, воители?
ПЕРВЫЙ ВОИН
А как же
Нам может быть в присутствии царя?
СИМОНИД
За вас я полный кубок выпиваю,
Как пьёте вы за собственных невест.
ВТОРОЙ ВОИН
Благодарим. Что может быть почётней!
СИМОНИД
Что ж этот человек затосковал,
Как будто он почтён не по заслугам?
Таиса, что об этом скажешь ты?
ТАИСА
А разве выделять его должна я?
СИМОНИД
Не может царь никем пренебрегать,
Поскольку он есть божество земное.
Он всем благодеяния дарит.
Иначе он комар: жужжит лишь много,
А умер — станет ясно: он — ничто.
Ты этому задумчивому гостю
Скажи: я стоя выпью за него.
ТАИСА
Отец, быть может, это неприлично?
Он не сочтёт распущенной меня?
СИМОНИД
Не зли отца!
ТАИСА
Мне сладко порученье!
СИМОНИД
Желаю я узнать, кто он такой.
ТАИСА
Царь за твоё здоровье пьёт.
ПЕРИКЛ
Сердечно
За это я его благодарю.
ТАИСА
Пускай в тебя вольётся столько крови,
Как много капель в кубке у него.
ПЕРИКЛ
Благодарю, царевна, и за это.
ТАИСА
Отец мой о тебе желает знать.
ПЕРИКЛ
Я Тирский царь. Зовут меня Периклом.
Военное искусство изучив,
Познав разнообразные науки,
Я мир большой увидеть захотел
И в странствия морские устремился.
Но кораблекрушение меня
Лишило и людей, и достоянья.
На берег голый выброшен был я.
ТАИСА
Отец мой, он Перикл, правитель Тирский.
Тебя сердечно он благодарит.
Он пострадал при кораблекрушенье
И совершенно голый к нам попал
На берег.
СИМОНИД
О, ему я сострадаю
И утешенье для него найду.
Но мы заговорились. Время танцам.
Солдаты, вас доспехи не стеснят.
От пляски этой не смутятся девы.
Девице мил и в латах, и без них
Сначала воин, а потом жених.
ВОИНЫ танцуют.
Ну, что я говорил? Смотреть приятно.
Одна девица хочет танцевать,
Так ты уж помоги ей, тирский воин.
Вы в Тире парных танцев мастера.
ПЕРИКЛ
Да, только те, кто этому учились.
СИМОНИД
Учтивого отказа твоего
Я, разумеется, не принимаю.
Танец продолжается до конца.
Окончен праздник. Всех благодарю.
Прекрасны были вы. А ты особо,
Перикл. Тебе покои отвели
С моими рядом. По опочивальням
Пусть разведут почтеннейших гостей.
ПЕРИКЛ
Благодарю за честь.
СИМОНИД
Покойной ночи.
Оставьте разговоры о любви.
Теперь готовьтесь, витязи, к отбою,
А завтра вновь потешитесь борьбою.
Уходят.

Сцена 4.
Тир. Губернаторский дворец.
Входят ГЕЛИКАН и ЭСКАН.
ГЕЛИКАН
Эскан, теперь узнай, что было дальше.
Растлитель Антиох и дочь его
Долготерпенье неба истощили.
Когда они, могуществом кичась,
В роскошной колеснице восседали,
Неистовый огонь сошёл с небес
И превратил их в мумий безобразных
И столь зловонных, что никто из слуг
Их погребеньем не поганил рук.
ЭСКАН
Чудно!
ГЕЛИКАН
И справедливо это было:
От правосудья не спасает сила.
ЭСКАН
Да, правда.
Входят трое САНОВНИКОВ.
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Что, видали? Никому
Он так не верит. Это справедливо?
ВТОРОЙ САНОВНИК
Мириться с этим более нельзя.
ТРЕТИЙ САНОВНИК
Проклятье тем, кто с нами не согласен.
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Тогда за мной. — К тебе мы, Геликан.
ГЕЛИКАН
Да, господа? Чего же вы хотите?
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Мы сверхъестественно возмущены!
ГЕЛИКАН
Вернётесь в рамки естества, быть может?
Ведь не хотите вы расстроить власть?
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Нет, не расстраивайся, повелитель.
Но всё-таки — что делать, разъясни.
Жив государь Перикл? Тогда какую
Страну он осчастливил? Мы тогда б
Отправились к нему на полоненье.
А нет — почтили б память мы его.
Когда он жив, пусть нами управляет.
А если нет, то, мертвому воздав
Все почести, мы изберём свободно
Другого повелителя себе.
ВТОРОЙ САНОВНИК
Возможно, он погиб, и государство
На разрушение обречено,
Когда безглаво, словно дом без кровли.
Премудрый Геликан, тебя царём
Теперь мы всенародно изберём.
ВСЕ
О, славься, Геликан наш благородный!
ГЕЛИКАН
Перикла прежде срока хоронить
Не будем: это с честью не согласно.
Повременим мы из любви к нему
Хотя бы год. Ведь если я приму
То предложение, что изрекли вы,
Себя я ввергну в океан бурливый,
В котором пребыванье принесёт
Покоя миг и целый век невзгод.
Всего двенадцать месяцев потерпим,
И если не воротится наш царь,
То я приму на старческие плечи
Всю тяжесть высшей власти. Ну, а вы
На поиски Перикла отправляйтесь.
Найдёте — сообщите, что теперь
Он может беспрепятственно вернуться.
Отвагу и упорство проявив,
Вы станете брильянтами короны.
ПЕРВЫЙ САНОВНИК
Безумные не слышат мудрецов.
Нам Геликан велит — мы отплываем.
ГЕЛИКАН
Что ж, по рукам. Когда в союзе знать,
Тогда легко и царству устоять.
Уходят.

Сцена 5.
Пентаполис. Царский дворец.
Входят читающий письмо СИМОНИД — в одну дверь —
и ВОИНЫ — в другую.
ПЕРВЫЙ ВОИН
С счастливым утром, добрый Симонид.
СИМОНИД
Я, витязи, вам сообщаю новость,
Что озадачивает и меня.
Царевна просит передать, что свадьбу
Она решила на год отложить.
ВТОРОЙ ВОИН
Её спросить мы о причине можем?
СИМОНИД
Отнюдь. Вам с нею видеться нельзя.
Она, в своих покоях затворившись,
Пред взором Цинтии дала обет
Не расставаться с поясом Дианы
В теченье года.
ТРЕТИЙ ВОИН
Что ж, тогда уйдём.
ВОИНЫ прощаются и уходят.
СИМОНИД
Так, этих мы спровадили. Прекрасно.
Теперь посмотрим, что нам пишет дочь.
«Супругом чужестранца избрала я,
Иначе видеть солнца не желаю».
Допустим, он понравился и мне,
Но ты об этом даже не спросила!
Однако если выбор наш един,
Зачем тянуть? А вот и он подходит.
Покамест не откроюсь я ему.
Входит ПЕРИКЛ.
ПЕРИКЛ
О, Симонид Добрейший, с добрым утром.
СИМОНИД
Благодарю, достойнейший Перикл.
А ты играл прекрасно этой ночью.
Подобных музыкантов я не знал.
ПЕРИКЛ
О, Симонид, ты слишком добр!
СИМОНИД
Нимало.
Ты мастер.
ПЕРИКЛ
Ученик я — и дурной.
СИМОНИД
А что, Перикл, ты скажешь о царевне?
ПЕРИКЛ
Что изобильны прелести её.
СИМОНИД
Какие?
ПЕРИКЛ
Все. Они подобны лету:
Великолепны так же и щедры.
СИМОНИД
И дочь моя восхищена тобою.
Желает, чтобы ты её учил.
ПЕРИКЛ
Я не достоин.
СИМОНИД
Дочь так не считает.
Вот эту декларацию прочти.
ПЕРИКЛ (читает)
Что? Белый свет не мил ей без Перикла?
Другая мне открылась западня? —
Зачем ты, Симонид великодушный,
Меня пытаешься изобличить?
Конечно, я царевну уважаю,
Но разве я могу любить её?
СИМОНИД
Ну, это сверхъестественная наглость!
Не ты ли дочь мою зачаровал?
Коварный гость!
ПЕРИКЛ
Нет, я, клянусь богами,
Не помышлял о гадости такой!
Не возбуждал я в ней любви нимало
И гнева твоего не заслужил.
СИМОНИД
О, как ты лжёшь, пришелец вероломный!
ПЕРИКЛ
Я лгу? Я вероломный?
СИМОНИД
Кто ж ещё!
ПЕРИКЛ
Ну, если бы ты не был самодержцем,
То проглотил бы эту клевету!
СИМОНИД
От наглеца всё больше я в восторге.
ПЕРИКЛ
Я беспорочен в мыслях и делах,
Ни в чём приличия не преступаю.
На дело чести я пришёл сюда,
А не для низверженья этой чести.
И что со мною эта благодать,
Всегда могу оружьем доказать.
СИМОНИД
А я при чём? Вот дочь моя подходит.
Вы с ней и разбирайтесь, что к чему.
Входит ТАИСА.
ПЕРИКЛ
Когда ты столь правдива, сколь прекрасна,
Отцу рассерженному сообщи:
Хоть слог любовный письменно иль устно
Тебе когда-нибудь я посылал?
ТАИСА
А если бы послал, в том горя мало:
Уж я бы нипочём не возражала.
СИМОНИД
Совсем ты распустилась. — И пускай! —
Однако приведу тебя я в чувство.
За иностранца выскочить! — А он
Не уступает нам высокородьем. —
Не испросив согласья моего.
Так вот же — получи его без спросу.
Вы, дочь и витязь, слышите меня?
Я вам приказываю обручиться.
Соедините руки и уста. —
Теперь уж ты её полюбишь, витязь,
Хоть прежде о любви не говорил. —
Вас ожидают не одни услады,
Зато сейчас вам радоваться надо.
ТАИС
Так всё же, витязь, любишь ты меня?
ПЕРИКЛ
Люблю тебя всей жизнью, всею кровью.
СИМОНИД
Согласны вы в супружество вступить?
ПЕРИКЛ и ТАИСА
О, да, поскольку так тебе угодно.
СИМОНИД
Сейчас я поведу вас к алтарю,
А после в спальню двери отворю.
Уходят.
05.06.2026