
Врачуюсь. К
незажившей ране
утрат, что пробрались и в сны,
я прижимаю этот ранний,
первоначальный дух весны.
Изнемогающая свежесть
едва проклюнувшихся вод
лишь обласкает безнадежность
и безнадежность сбережёт.
Жизнь не прошла и не ослепла.
Вот почему я не мечусь.
И знаю, мне не встать из пепла
всёповторяющихся чувств.
Они вздымаются по кругу
и вновь теряют высоту.
И чёрной ветрености вьюгу
я холодку не предпочту.
*********
Весеннее
хмурое утро.
Простуженный хмель за гроши.
Последняя снежная пудра
с чухонских небес порошит.
Пройдись по пейзажу тряпицей:
за окнами люди спешат
донашивать белые лица
и в слякоть ступать наугад.
От скуки вчерашних одёжек
с обносками улиц видней,
как мир проступающий дёшев
в прибытке довешенных дней.
И скорыми грезя пирами
с листвой, где гремит соловей,
мучнистая даль выпирает
сквозь изгородь чёрных ветвей.
И в бледном купается бреде
бессильных надежд благодать,
и до Воскресенья и смерти,
и правда, рукою подать.
Надя, большое спасибо тебе, что ты заметила и отозвалась на это стихотворение. Несомненно, грусти здесь много. Виктор говорил, что когда писал это стихотворение, перед ним стоял Питер в снегу.
" И весна-то здесь почти не ощущается. В
этой сдержанной, почти бесцветной палитре бледных лиц, слякоти и мучнистой дали
взгляд как бы поднимается и видит дешёвый мир человеческой жизни, в которой
повторяется вот так от весны до весны вечный круговорот. И вывод из этого
следует незамедлительно, что" до Воскресенья и смерти, и правда, рукою
подать".
Так может сказать только человек, который постоянно думает о смысле жизни,
который ни одной минуты не живёт без того, чтобы не помнить о конце. И это
накладывает отпечаток на всё стихотворение, которое звучит с неизгладимой
печалью, даже с трагизмом". (Это не мои слова, я бы так не сумела, это один из давних отзывов на стихотворение).
А наша весна уже близко. Будем жить и надеяться на лучшее.
Обнимаю тебя.
Нина.