CLXXIII. (173)

Сила духа крепка, коль веришь, не <обинуясь>.

Ясно мне, почему первым так рассуждал <бунтарь-лютеранин>

 

Zum Erdulden ists gut ein Krist zu seyn nicht zu <wancken>
Und so machte sich auch diese Lehre zuerst <ein kristlicher Schwärmer>

 

 CLXXIV. (174)

Глупо было на хлеб нам молиться, мы ж молимся Богу: 

Хлеб насущный наш даждь нам <днесь>.

 

Thörig war es ein Brod zu vergotten wir beten doch alle
Unser täglich Brod gib uns <heut.>

 

 CLXXV. (175)

Лучше быть попом, поверить, богов пожиная,

Тех, что своею рукой денно и нощно творил,

Пилигримом быть и верить, что <к цели приближусь>

Шаг за шагом <, пусть цель эта ещё далеко>,

Чем, как Лáфатер, быть и путать разум с безумством!

Верить так - супротив Духа Святого грешить.

 

Pfaffe möcht ich seyn im Glauben und Götter verzehren
Die ich mit eigener Hand <einmal> mir täglich erzeugt
Pilger möcht ich seyn und glauben daß Schritte nach Schritten
Der v <[unausgeführt]>
Nur nicht Lavater seyn und Sinn mit Unsinn vermischen
Denn so glauben das heißt sündgen am heiligen Geist

 

 CLXXVI. (176)

Зло христиане творят во благо, безбожные книжки

Благо нечестьем творят. Но не спеши всё ж судить,

Дай в сём мире побыть мне, ведь может барка Харона

Ныне за мною приплыть, вот и прощай, этот мир.

 

Stiften die Christen mit Heil viel unheil so stiften die Büchlein
Heidnisch durch Unheil viel Heil. Aber noch eile dich nicht,
Laß mich erst noch hienieden, es kann die Barcke passiren
Nimmt sie mich diesmal schon mit, nun so leb wohl in die Welt.

 

 

CLXXVII. (177)

Что есть путь мой? Отрада <всей> жизни!

 

Was ist Reisen? ist fröhlich<es> Leben

 

 CLXXVIII. (178)

Мы же твердим: «Лимоны не зреют в наших краях».

Так же и <вульвы> с трудом с <ульвами> рядом растут.

 

Sagen wir doch Zitrone, es ist ein fremdes Gewächs
Und die <Lacerte> sie wächst neben der <Alge> nicht leicht

 

 

CLXXIX. (179)

Львов вы тех притащили, Пирей ограбив великий,

Чтоб сказать нам, что здесь, как бы, совсем не Пирей.

 

Brachtet ihr iene Löwen hierher vom großen Pireus
Uns zu zeigen daß hier eben Pireus nicht sey.

 

 

CLXXX. (180)

Присно славлю, священное солнце, тебя я с восторгом,

Коль сквозь туманы и мглу мне ты даруешь свой луч,

Но с особым восторгом в <луже> Венеции славлю,

Коль после ливня плывёт в честь твою пар от гондол.

 

Immer hab ich dich heilige Sonne mit Freude verehret
Wenn du aus trübem Gewölck oder nach Nebel mir kamst,
Niemals aber so fröhlich als im Venetischen <Pfule>
Wenn du nach Regen erscheinst freudig die Gondel dir dampft.

 

 

CLXXXI. (181)

Мачты сгрудились тут, свои паруса разложил уж

Шкипер на побережье, на солнце сохнут спокойно они.

Вижу дворцы вдали я, твою, Венеция, славу!

Всё вновь исчезнет из виду, коль образ твой, Беттина,

Яства затмит и огни, на мачтах, меж мачт паря. <…>

Коль ты явишься мне, всё вдруг исчезнет, уйдёт.

 

Masten stehen gedrängt an Masten, es trocknet die Segel
In dem Sonnenschein ruhig der Schiffer an dem Gestade der Stadt.
Deine Paläste zeigen sich hier du edles Venedig
Alles verschwindet dem Blicke Bettine wenn du kleine
Tische und Leuchter besteigst und Masten und zwischen Hin <…>
Du Bettina dich zeigst alles verschwindet dem Blick