Я знала всегда, сомневаясь и веря,
Что чудо хранится за запертой дверью,
Что просто еще не черед.

 И сердце сжималось в тоске и тревоге:
 Я знала, что близкое счастье в дороге,
 Я знала, что будет восход.

Бродило мое одинокое детство,
Таща на плечах непростое наследство,
По призрачным книжным путям.

Но тайное в мире всегда на запоре,    
И мне все хотелось за горе, за море,
За время: что видится там?

Но тайное в мире не терпит проверки;
Воистину гномик уснул в табакерке
И видит престранные сны:

 Скользит Алкиона над мутной водою,
 Волхвы молчаливо идут за звездою
 По тропам гористой страны…
   
 Поверь мне, поверь, ничего не пропало,
 И все опоздавшим покажут сначала,
 А зло в этот мир не пройдет.
 
 Я вижу:  снежок серебрится на вербе,
 Я знаю, что горе уже на ущербе,
 Я верю, что будет восход.