На книжную страницу муравей
взбежал, затрепетал усатым телом,
засеменил на чёрном, и на белом,
туда-сюда, левей, теперь правей.
 
Слоятся строчки, как ряды ветвей,
меж ними пустота мерцает мелом –
вот всё, что видно в беге очумелом,
хоть стань в сто раз усатей и живей.

Так бегаю и я по этой жизни.
Пальни в меня бедой, удачей брызни –
читать я не способен всё равно,

и текст, меня держащий, мне понятен
лишь как мельканье чёрно-белых пятен,
да я и сам такое же пятно.