За два года молодые клёны
Лихо так рванули к синеве,
Что напротив моего балкона
Потонуло всё в резной листве.

И ни стен, ни супротивных окон,
Недоступны глазу дол и лес.
Не попался в шелестящий кокон
Только самый краешек небес.

Но листва утратит нежный глянец,
Опадёт с приходом ноября,
И, как раньше, с улицы заглянет
Свет бесцеремонный фонаря.

А пока что буду по наитью,
Принимая правила игры,
Видеть нерожденные событья,
Наблюдать запретные миры.

Живописец свет играет тенью,
Вышина прозрачна и чиста
Словно мимолетное виденье
С серебристым ландышем у рта.