В ПРЕДЕЛАХ МОЕЙ ВСЕЛЕННОЙ
Я – микрокосм, а, стало быть, мой дом
Вмещает все, чем Космос обладает.
Взгляд внутрь важней, чем виды за окном.
По сути, капля океан вмещает.
Мне хорошо в околицах моих!
Скажу без околесиц-экивоков:
В моей вселенной тесно для двоих, –
Ни запада в ней нет и нет востока,
Тем более миров с великих букв!..
Но есть сознанье – без конца и края,
Способное объять великий круг,
Порою невозможное вмещая.
Любимая, внимая, не серчай!
Ты – это я (ведь мы с тобой едины!)
И дети наши, внуки наши... Чай! –
Надейся, в смысле, – мы неразделимы!
Во мне есть то, что родственно тебе –
Настолько, что Единство априорно;
В моей вселенной место есть Земле, –
И это утверждение бесспорно!
ПОРА ПРОСНУТЬСЯ!..
Где облака, как пирожки с печи
С вишневою начинкой, меж домами
Расходятся по миру... Не кричи,
Горластый кочет! — отоспаться даме
С дороги дальней дай!.. На куличи
Небесные разинь роток пошире!
И помолчим дуэтом на заре —
Счастливейшего детства во дворе!..
Воспоминанья, как в молочной крынке, —
Еще не простокваша, но давно
Не утрешнего молока напиток, —
Средь прочих яств, посуды и пожиток,
В субстанцию парную не дано
Вернуть сие... и не продать на рынке...
Но что без них слепое слово "я"?..
Блуждающее эхо меж домами,
Как крик твой, — здасте вам в родных краях:
Приехал блудный сын с невестой к маме!..
А мамы нет... Кресты вдали стоят —
Над Красной речкой плотными рядами.
...Пой, пой, хозяин сирого двора!
Пора проснуться всем... Давно пора!
* * *
Памяти отца
Он видел нас насквозь, а мы смеялись
И бегали туда-сюда, скрепя
Веселыми дверями, не боялись
Суровых взглядов, бабушек слепя
Лучистыми улыбками... "Пострелы,
А ну домой!" - а мы летели прочь,
В пространства разрисованные мелом,
В рубашках белых, где не властна ночь,
Клинками деревянными пугая
Надуманных злодеев, но врагов
Пока не нажив, и, не понимая
Откуда вдруг и столько дураков
На наши бесшабашные загривки?!.
И вот уже кричим: "А ну не сметь!" -
На обложные жалкие ужимки
Тех, кто плодит окрест тоску и смерть
Там, где в глазах, способных видеть насквозь,
Лучилась нежность чаще чем укор.
Он нас учил... И мы забудем разве,
Как недругам своим давать отпор!
* * *
Что ни скажи – не то!.. Вот и молчу,
Как пред ломбардом, сильно сомневаясь,
Фамильным золотом молчанья откупаясь
От тех, кто знает, что сказать хочу.
Кратилу уподобившись, машу, –
Жест предпочтя беспомощному слову, –
Рукой в том направлении суровом,
Откуда опыт жизни выношу.
Снося невыносимое порой,
И, нетерпимое терпя всё чаще ,
Я понимаю, что такое счастье,
И что с ним делать, обретя покой.
А кто не знает – что ему сказать?
Какую новость сообщить при этом?
Совет плохой: содеяться поэтом! –
От жеста к слову перейти опять.
Безрадостные пасмурные дни.
Сердитые — угрюмые одни.
Сергей, когда-то очень давно, споря с Алкабостами, которые так выламывают руки всем здравым смыслам, ибо "донкихочется" им так и "айловьючится", что читая их поэтическую эквилибристику, диву даешься: чего и кого ради сие новаторство?! - я преподал им мастер класс, используя их приемы, и навсегда закрыл тему, почему я пишу так, как пишу... Дело в том, поменяй я вдруг рифмы, ритмы, и прочее, прочее, прочее... стихи изменятся, возможно, до неузнаваемости... А кому это надо?.. Мне? Нет! Я выразил на одном дыхании то, что хотел, не меняя ни единого слова...
Спасибо за мнение!