Из цикла "К Марго".

Дата: 07-01-2021 | 17:11:52

 

          *****

В этом доме она не одна,

И у неё из окна видна

Хайфа и море до самого дна,

Как на ладони.

В этом доме, и только в нём,

Пусть мечтает она о нём,

О далёком, туманном своём

Альбионе.

В этом доме нельзя грустить,

В этом доме можно простить,

Можно даже чуть-чуть попросить

Белого снега.

Можно выучить много слов,

Можно вспомнить из зимних снов,

Как снежинки поверх голов

Падают с неба.

             *****

 Вся соткана из музыки, из танцев,

И чёртик чтения тобою завладел.

Историк Тацит описал германцев,

Он явно за тобою подглядел.

 

Здесь тесный космос, муравейник, кампус,

Столпотворение, библейский Вавилон,

Когда под вечер зажигаешь лампу

Разноязыкий замолкает он.

 

Сквозь толщу времени зацокали подковы,

Похолодало, что-нибудь накинь.

Тебя пленяет шум средневековый,

В монастырях витийствует латынь.

 

И Гамлета, и Гекельберри Финна

Постигнешь мудрость, драму и красу,

Учебный курс пройдя до половины,

Ты очутилась в сказочном лесу

                 *****

 Волшебный шар, карманная зима,

Метель ручная, снежная игрушка,

Для Рождества — стеклянный каземат,

Для праздника — чудесная ловушка.

На ярмарке в немецком городке,

В вечерней суете, не затевая торга,

Как будто с продавцом накоротке,

Был куплен без особого восторга.

По воздуху летел прозрачный мяч,

Ударился и неизбежно треснул,

Не плачь, моя прекрасная, не плачь,

Для сказки в этой сфере было тесно...

 

             ******

 

Филолог и историк,
Представь, за сотни миль,
Промок московский дворик,
Но он всё так же мил.

Среди фатальных строек,
Где житель коренной
Ведёт себя, как стоик,
Мы встретимся с тобой.

В очах небесно-синих
Желания просты,
Согреть в перчатках зимних
Озябшие персты.

Но лучше бы под пледом
И лампу погасить,
Мечтать, как этим летом
На даче погостить.

Там насекомых царство
Позиций не сдаёт,
Воздушные мытарства,
Стремительный полёт.

Там провели всё детство
И хитрого кота
Ленивое кокетство,
На кухне суета...

Но ледяной осколок
Под каблуком хрустит.
Историк и филолог,
Немножечко грустит.

 

               *****

 

В этих очках ты прекрасна, как филин,
Укуталась пледом и выбрала фильм,
Который мы знаем с тобой назубок,
Меня выдаёт с головою зевок.

В этих очках ты смешная сова,
Пишешь эссе, подбираешь слова,
Смыслы двойные трактуй и шокируй,
Что там привиделось в пьесах Шекспиру.

В этих очках ты магистр учёный
:
Чайный пакетик в воде кипячёной,
Каллиграфический почерк в тетради,
Зимние вещи в вечернем наряде.

В этих очках постигаешь науки,
Мудро взираешь на наши разлуки.
Гибнут герои, интриги и яд,
Книги горою на полках стоят...

 

                *****

 Твой домик на горе настолько мал,

Настолько мил, что я глаза сломал,

Пытаясь разглядеть, как ты грустишь,

Как ты моё отсутствие простишь.

 

Твой домик на горе проглотит ночь,

Как я пилюлю, чтобы превозмочь

Сердцебиенья стук, и в этот миг,

Ты на мгновенье отрываешся от книг.

 

Твой домик на горе поёт сверчком,

Мерцает в космос слабым маячком,

И ты вдыхаешь тишины букет,

А на страницах мается Макбет...

 

          Причина грусти

 

Я только краем глаза загляну:

Какого настроенья ты в плену.

Как падает луна сквозь жалюзи

Копны волоc растрёпанной вблизи.

Не охватила ль узницу тоска?

И пальцы замирают у виска;

Как грустно, ты меняешься в лице,

И тускло блик сияет на кольце.

И призраком мерцающим, извне,

Гляжу, как сны витают в тишине,

Из книг, что грудой на столе лежат,

Где пьёт Гертруда по ошибке яд...


       Тет-а-тет с Вирджинией.

Папоротник, лакомство и прочие изыски,
В рассказах, что скорей похожи на записки
И дневники литературных снобов — 
В словарик аккуратно запиши,
И тет-а-тет с Вирждинией в тиши
И полумраке комнаты распробуй,
В глубоких креслах, сидя у камина,
Где кроме вас и отблесков кармина,
Нет ни души, кто ваш поймёт язык;
Струна внезапно вздрогнет в пианино
И дом утонет в аромате книг.

                 *****

 Бодяжит осень свой напиток —

Адажио листвы больной,

Как бальный танец, как избыток

Хореографии и пыток —

Кабальный театр крепостной.

Уснуло время сном улиток

И паутины пух льняной

Дрожит и гаснет солнца слиток,

Лист увядает, словно свиток

Пергамента. Грядёт покой.

 

Твой профиль спорит с Нефертити,

И точкой светится серьга;

А осень, только посмотрите —

Вся в позолоте и нефрите,

Наврите розе на иврите,

Что следом выпадут снега.

Застывшая в кошачьей позе

Уже не разобрать, где сон,

Ты размечталась о морозе

И здесь, в задумчивом гипнозе,

Затвором щёлкнул Эхнатон.

 

И ты очнулась, наважденье

Прошло, ты на горе Кармель,

Где нет такого наслажденья,

Как осени самосожженье,

Как листьев мёд и карамель...

 

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!