Блейк: Четыре Зоа. с.5

[стр.  5 (I 65-118) ]

 

Зимой в Эдеме каждая жена спит в мягкой шёлковой вуали,

Что соткана её рукой, сокрывшись в темноте гробницы,

Но вечный муж живёт и обновляется с блаженной смертью

Жены, что  возрождается весною с музыкой и песней.

 «Прощай! Умру и скроюсь я от ищущих твоих очей!» –           5

 

Сказала Энион, из сердца вынув скинию, сплетённую из жил

Для Иерусалим[1], и с песней скорбной водрузила

Её среди утёсов. Тармас воздыхал средь облаков

И плакал, а затем нагнувшись, голову невинную склонил,

Святую длань вознёс над величавой бездной, повернул                                       10

С тяжёлым стоном и слезами Колесо Судьбы и рек:

 «Вернись, о Странница, когда закончится сей хмурый день!»

 

Сказал и окунулся в море – бледным белым трупом,

В мученьях падая на дно среди её волнистой пряжи.

Он зрел, как в языках огня от ног его исходит Призрак,                                       15

С гнетущей болью направляемый любимыми перстами,

Считающими вены, капилляры, связывающими их, как нити,

В ткань ужаса. Глотая в страхе слёзы горя, содрогаясь девять

Дней и ночей она ткала без сна, и пищей ей служили

            только слёзы.

Взирала с удивлением она как оживала ткань –                                                     20

Не как одежда, сшитая её руками, но как нечто

Имеющее волю, своенравное, упрямое. С любовью и в слезах

 

Она трудилась девять дней и столько же ночей бессонных,

Но на десятое трепещущее утро круг судьбы замкнулся,

И, море закружившись, сжалось в водянистый шар,                                             25

И хмурый континент возник, где Энион в пустыне,

Своим созданьем устрашась, на сотканную тень взирая,

Сидела в страшном[2] опьяненьи сожаленья и раскаянья.[3]

Так Вечностью великой милый создан был покой –

Беулой назван был сей лунный мир: приятный, женский,                                 30

Невинный, нежный, мягкий, милосердный к спящим,

Навечно сотворённый Агнцем Божьим, дабы Человека

Вселенского снаружи и внутри он окружал всегда и всюду.

Беулы дщери следуют за спящими во всех их снах

И создают пространства, чтоб в Смерть вечную они не пали,                             35

И Кругу замкнутой Судьбы пространство даровав

Они заботливо его лелеют, называя Ульро.

 

И говорят: «Есть Призрак в каждом человеке, он безумен

И изувечен. Сквозь тройные небеса слетев в огне и гневе,

Мы песнями его встречаем, льстивыми речами, чтобы форму                             40

Земную Призраку придать. Но этот Призрак Тармаса –

Смерть вечная! Что делать нам, Господь? Спаси нас и помилуй!» –

И затворив врата речей своих они дрожат от страха.

 

«Несчастная! – сказала Энион. – Что натворила я! Ужели это[4]

Деяние Любви? Я знаю, что я сделала, я знаю –                                                   45

Раскаянье напрасно. Превратилась в Ненависть Любовь,

Порвалась жизни связь, и я теперь одна, наполненная страхом!

Тень смерти вижу я в своей душе, блуждаю

Во мраке в одиночестве, творя моря сомненья, горы сожаленья.

Глаза мои повёрнуты вовнутрь, и то что зрю я,                                                     50

В душе[5] моей утратило свой блеск и, ужас порождая,

Покрылось тенью и ведёт меня в мир скорби». –

Так завывала Энион пред собственным своим Виденьем.[6]

 

[ page 5 (I 65-118) ]

In Eden, Females sleep the winter in soft silken veils
Woven by their own hands to hide them in the darksom grave
But Males immortal live renewd by female deaths. in soft
Delight they die & they revive in spring with music & songs
Enion said Farewell I die I hide. from thy searching eyes                                             5


So saying—From her bosom weaving soft in Sinewy threads
A tabernacle for Jerusalem[7] she sat among the Rocks
Singing her lamentation. Tharmas groand among his Clouds
Weeping, then bending from his Clouds he stoopd
            his innocent head

And stretching out his holy hand in the vast Deep sublime                                         10
Turnd round the circle of Destiny with tears & bitter sighs
And said. Return O Wanderer when the Day of Clouds is oer


So saying he sunk down into the sea a pale white corse
In torment he sunk down & flowd among her filmy Woof
His Spectre issuing from his feet in flames of fire                                                       15
In gnawing pain drawn out by her lovd fingers every nerve
She counted. every vein & lacteal threading them among
Her woof of terror. Terrified & drinking tears of woe
Shuddring she wove—nine days & nights Sleepless

            her food was tears
Wondring she saw her woof begin to animate. & not                                                   20
As Garments woven subservient to her hands but having a will
Of its own perverse & wayward Enion lovd & wept


Nine days she labourd at her work. & nine dark sleepless nights
But on the tenth trembling morn the Circle of Destiny Complete
Round rolld the Sea Englobing in a watry Globe self balancd                                     25
A Frowning Continent appeard Where Enion in the Desart
Terrified in her own Creation viewing her woven shadow
Sat in a dread[8] intoxication of Repentance & Contrition[9]

 

There is from Great Eternity a mild & pleasant rest
Namd Beulah a Soft Moony Universe feminine lovely                                                 30
Pure mild & Gentle given in Mercy to those who sleep
Eternally. Created by the Lamb of God around
On all sides within & without the Universal Man
The Daughters of Beulah follow sleepers in all their Dreams

Creating Spaces lest they fall into Eternal Death                                                         35
The Circle of Destiny complete they gave to it a Space

And namd the Space Ulro & brooded over it in care & love

 

They said The Spectre is in every man insane & most
Deformd Thro the three heavens descending in fury & fire
We meet it with our Songs & loving blandishments & give                                         40
To it a form of vegetation But this Spectre of Tharmas
Is Eternal Death What shall we do O God pity & help
So spoke they & closd the Gate of the Tongue in trembling fear


What have I done! said Enion accursed wretch! What deed.[10]
Is this a deed of Love I know what I have done. I know                                             45
Too late now to repent. Love is changd to deadly Hate
A[ll] life is blotted out & I alone remain possessd with Fears
I see the Shadow of the dead within my Soul[11] wandering
In darkness & solitude forming Seas of Doubt

            & rocks of Repentance
Already are my Eyes reverted. all that I behold                                                           50
Within my Soul has lost its splendor & a brooding Fear
Shadows me oer & drives me outward to a world of woe
So waild she trembling before her own Created Phantasm[12]

 

Примечания

 

Стр. 5

 

11. Колесо Судьбы (the Circle of Destiny) –круг рождения и смерти. В этой поэме появляется только в этом фрагменте. См. также стихотворение «Странник духа» (The Mental Traveller).

37.Ульро (Ulro) – Ад, или этот мир по Блейку: состояние мёртвого и пустого механицизма и материализма, неорганичного, бессмысленного и безнадёжного.

38-39. Есть Призрак в каждом человеке, он безумен /И искажён... – см. «Иерусалим» 37 [33]:4 (Твой Призрак, о Гигант, безумен и увечен...)

39. Троиные небеса (three heavens) – «небеса женской красоты», способные укротить безумного Призрака. См также «Мильтон» 5:5-10:

Таков был нрав у Дщерей Альбиона, блещущих красой,         5 
И каждая из них трёхкратна: Сердцем, Головой и Лоном,
 
Где раскрываются Врата к трём Небесам Беулы,
 
И от прозрачных Персей, Чрева и Чела лучится свет;
 
Огонь их охраняет, но того, кто ими восхищён,
 
Они в свои пускают Небеса и опьяняют наслажденьем.      
10

43. ...затворив врата речей своих... (...closed the Gate of the Tongue...)  -- Во введении к «Европе» врата чувств названы «окнами». В «Иерусалим» 43[38]:24 этот образ объясеяется так: «Язык речистый скрыт решёткой стиснутых зубов...» (The affectionate touch of tongue is closed in by deadly teeth...)


[1] Первоначально было: «Скинию наслажденья для Энитармон» (зачёркнуто).

[2] Слово «страшном» написано вместо «сладком» (зачёркнуто).

[3] Вместо «сожаленья и раскаянья»  первоначально было: «ложно-сотканного счастья» (зачёркнуто), затем «самотканной печали» (тоже зачёркнуто). После этого были вставлены две строки, затем зачеркнутые:

                Толкнув её ногой, прыжком он устремился к облакам

                И в пьяной радости своей к далёкой роще опустился.

[4] Строки 44-53 были зачёркнуты, а затем обведены кружком и, таким образом, восстановлены Блейком.

[5] Вместо души первоначально было написано: глаза (зачёркнуто).

[6] Затем следуют строки, позднее зачеркнутые:

Но тень, что ею соткана, сияющая на скале,

Что оживала час за часом силой песни сладостной её,

Восстала...

[7] Tabernacle of delight for Enitharmon (deleted).

[8] Dread replaces sweet  (deleted).

[9] Repentance & Contrition is written instead: false woven bliss/self woven sorrow (deleted). Following two lines were inserted and then deleted:

He spurned Enion with his foot he sprang aloft in Clouds

Alighting [down from] in his drunken joy in a far distant Grove

[10] Lines 44-53 were deleted, but later circled in ink to be restored by Blake.

[11] Instead of Soul was eyes (deleted).

[12] The following lines were inserted and then deleted:

But standing on the Rocks her woven shadow glowing bright

Who <Thus?> animating times on times by the Force of her sweet song

Reard...





Д. Смирнов-Садовский, поэтический перевод, 2017

Сертификат Поэзия.ру: серия 1085 № 128413 от 09.07.2017

0 | 0 | 866 | 08.02.2023. 16:55:26

Комментариев пока нет. Приглашаем Вас прокомментировать это произведение.