Так поется, как нитка дрожит
между словом и словом,
ток ненужного быта бежит,
восходя на готовом
мире черствого неба, воды,
потерявшей невинность,
и пустые чужие сады
на повинность
вниз по склонам бредут. Здесь места,
словно череп.
Ветка вербы дрожит у креста
время через.