Сейчас философия явно не в моде...

Сейчас философия явно не в моде,
но мне она - будто небесная манна.
Ну что же, рискну написать о свободе.
Её у нас, люди, чудовищно мало.

И если вам станет от этого жутко,
то мысли мои опровергнуть посмейте:
на свет мы явились рабами желудка,
отказ от еды есть движение к смерти.

Силён человек ли? Он слаб, как тростинка.
Ему постоянно приходится туго.
И все мы - рабы полового инстинкта:
мужчины и женщины жаждут друг друга.

Я речи прямые пишу без кавычек.
Куда, объясните, от правды деваться,
что в мир мы приходим рабами привычек
о теле заботиться, спать, одеваться?!

Придирчивый критик поднимет восстанье:
"Ах, как примитивно!" Не нравится - плюньте,
но мы, между прочим, рабы воспитанья -
и злому и доброму учат нас люди.

И мир, как я вижу, от рабства не вымер -
напротив, прожить в нём пытается дольше.
И лишь в магазине свободен мой выбор
меж йогуртом "Фруттис" и йогуртом "Дольче".

Не знаю, Маргарита, какая оценка высветилась?.. Ставил наивысшую.
Правда, эта тема меня давно не волнует!. Лет двадцать тому назад я написал стихи: "Свобода это или же тюрьма?"

* * *
Невесть откуда вдруг повеет грустью,
Пахнет, да так, что просто не унять!
Наверно, потому что близко устье,
А ты не в силах ничего понять?

Течешь к итогу, движимый инстинктом,
И эта штука разума сильней.
Судьба непостижимым лабиринтом
И голос смысла: "Не противься ей! –

Есть вход и выход"... Это мне понятно!
Что близится к финалу кутерьма.
Но ни один не объяснил мне внятно:
Свобода это или же тюрьма?

Я ж не слепой – пространство на запоре!
Хожу по кругу мельничным ослом,
От череды однообразной болен,
Ко лжи прикован, истиной влеком.

Втянувшись в жизнь, влачу непониманье –
Зерно в темнице пашни – жду итог.
Смиренье зреет... Может, это – знанье?
Иль приговор на новый – вечный срок?

С тех пор, поверив Сократу, и, научившись ради главного отказывать себе во многом, живу наитием.

Счастливого вдохновения!