Белое с алым, упав на гудрон..,

Дата: 15-05-2015 | 16:00:06


* * *



"Лес вырубали" - и плакал поэт
Так же вот маешься майской грозою. -
Ливни, темнея шершавой кирзою,
наземь сбивают каштановый цвет.
Так же вот время съедает глаза,
студит, весёлые в юности, громы.
К этим жестоким изломам генома,
к майским поминкам привыкнуть нельзя.

Белое с алым, упав на гудрон,
дух испускает в морщинистой луже.
Мечутся клочья предательской стужи -
мытари гиперборейских сторон.
Ветку каштана поднимешь с земли -
ветер-охальник сломал торопливо
пирамидальное Гауди диво...
Оцепенело живое огниво,
радуги-боги в слезе отцвели.




* * *


Резвый котёнок хвостом материнским играет,
сфинксу подобная, мать восседает недвижно.
Май вызревает, каштаны соцветья вздымают,
тысячеруки, как Шива, воздушны, как Кришна.
Два котофея кайфуют на тёплом асфальте,
ближе к ступеням – дворняга сосцами лоснится.
Благость, умиротворённая нота Вивальди,
дядюшки Брэма, с цветною картинкой, страница.

Дышится. Схлынул народ на воскресные дачи.
Город пустынен: деревьев шатры да собаки,
бодрые галки седые – и вряд ли иначе
явят тебе небеса чадолюбия знаки.
Так и должно быть вслед зимней апатии долгой:
щедрая манна, настой тополиной теплыни.
Нимфа к сезону плечо освежила наколкой.
Нежится сфинкс у подъезда. Три дня благостыни.

Сергей!
"Вслед зимней апатии долгой" ( мне ли этого не знать. Ведь зима была и долгой, и снежной, и холодной) ищешь благостыню. Вы умеете найти в близком Вам мире, в которой вроде бы ничего особенного, всё привычное.
Но вдруг, и как бы случайно, появляются строчки из Некрасова, "изломы генома", "мытари гиперборейских сторон", "пирамидальное Гауди диво" (это, между прочим, о сломанной каштановой ветке), "радуги-боги", которые отцвели в слезе; Шива и Кришна, "умиротворённая нота Вивальди", "дядюшка Брэм", нимфа и сфинкс - "щедрая манна". Это как таинственные знаки на карте, проявленные Вашим ощущением их необходимости. И обычная картина преображается, увиденная особым зрением и понятая особым образом.
"Белое с алым" на гудроне - краска тоже участвует в создании философской картины мира. Любая лирика (и рубрики здесь ни при чём), если это не просто зарисовка с натуры, становится философским осмыслением мира. Становится философской.

Все перечисленные и Вами названные персонажи, несмотря на кажущуюся случайность их присутствия в стихотворении, нужны - они создают то ощущение благостыни, в поисках которой лирический герой всматривается в окружающее.

Вот почему чтение этого стихотворения - тоже благостыня.
Спасибо!
А.М.