Армейские стихи (1986-88)

Дата: 24-09-2002 | 21:58:49

Заказное в стенгазету

Таракан случайно попал
В пирамиду, куда взвод второй
Автоматы ставит. Устал
Таракан и еле живой.

От чистки стволы горят,
Слепят глаза - жуть.
Может, залезть в автомат,
В стволе спокойно уснуть?

Но и дула сверкают. Где темь?!
И вдруг, больной взгляд метнув,
Нашел! 67
77 УФ.

Немедля туда! В ствол
Он залез, отдохнул,
Сил набрался, расцвел
И заступил в караул.

Настали проверки часы.
Полка пришел командир.
Свои протянул усы
К нему преподобный сир.

Автоматом нечищенным тем,
В который залез таракан,
Владеет известный всем
Солдат - рядовой Ладеган.


Заказное в стенгазету

Кто спешит скорей на пост,
Чтоб заснуть там в полный рост?
Встанет камнем на пути
И попробуй-ка пройти.
Раздается мощный храп,
Убегает тот, кто слаб,
Значит, службу без изъяна
Тащит рядовой Сметана.


Заказное в стенгазету

Мчался ЗИЛ во весь отпор,
В нем подпрыгивали доски.
Ехал Трусов-каскадер
На вершине той повозки...
Вынесен был приговор -
Сели Трусов и шофер.


Долбежка льда после отбоя

Долбили всем - рукой, ногой,
Пускался в дело каждый член,
И били с силой им такой,
Что истесался б и Big Ben.

Асфальта много подо льдом,
Сил не осталось у солдат.
На переломе - перелом,
Они растеряно стоят.

Один не растерялся лишь
Наш славный старшина-герой,
И, закричав, "Кому стоишь?!",
Долбить он начал головой.

Его подхвачен был пример
Кем сразу, кем попозже чуть,
И это лучшая из мер,
Что ум рождал когда-нибудь.

И как земля от взрывов мин,
Так разлетались глыбы льда.
Всего лишь через час один
Не стало и его следа.

Санчасть заполнена битком,
До края госпиталь набит.
Кому на месяц это дом,
А кто - навечно инвалид.

А старшина не пострадал,
Лишь размозжился мозжечок.
Ему таблетку доктор дал,
И через день он думать мог.

Пускай рассыпемся мы в прах,
Но славу не убьют года.
Сиять останется в веках
Наш подвиг ратного труда.


* * *

В осенний день, солдаты роты
Мы поздравляем тех из вас,
Кто честно отслужил два года
И увольняется в запас!

Вот-вот прибудет пополненье
Мы им дадим один наказ:
Пройти скорее становленье
И заменить достойно вас!


* * *

Бакал пробежал мимо,
Бакал побежал к любимой?
К любимой побежал? Да ну!
К капитану Чуксину.

Видим мы его мало.
Это не вина Бакала.
Ну а чья же то вина?
Капитана Чуксина.

Он рассеется как дым,
Устремив свой путь к родным.
И останется один
Снова капитан Чуксин.


* * *

Вразвалку идет, улыбаясь беспечно,
Навстречу нам вечно беспечный Конечный.
Беспечный Конечный, Конечный беспечный,
Конечный беспечный, беспечный Конечный.

А если заметите вдруг вы, что очень
Какой-то проблемою он озабочен,
То знайте, задумчивость Лехи не вечна,
И вскоре опять улыбнется Конечный.

Беспечный Конечный, Конечный беспечный,
Конечный беспечный, беспечный Конечный.

А коль потасовку мы с Лехой затеем,
Он сразу посыпет нас силикагелем.
Мы высохнем, скрючимся, как скоморохи,
И ростом мы станем в пять раз ниже Лехи.

Беспечный Конечный, Конечный беспечный,
Конечный беспечный, беспечный Конечный.

Два года уже, как он в армии служит.
Порой нелегко, только Леха не тужит.
Два года прошли, они так быстротечны,
И скоро уйдет на гражданку Конечный.

Беспечный Конечный, Конечный беспечный,
Конечный беспечный, беспечный Конечный.


* * *

Завалила рота,
В казарме шум и вой.
- Ну-ка замкомвзвода,
- Ну-ка замкомвзвода,
Роту мне построй!

- Оставайся на ночь,
Ты загубил наряд!
- Я - сержант Маринич,
- Я - сержант Маринич,
Солдат не виноват.

Сзади остается
Только пыль и газ,
Быстрее всех несется,
Быстрее всех несется
Маринича УАЗ.

Года кружатся в цикле
И, как диверсант,
Вновь на мотоцикле,
Вновь на мотоцикле
Поедет наш сержант.


* * *

Его отмечали Корякин и Ваник.
Вернувшись он будет отличный механик.
Он скоро уйдет, передав эстафету,
И следовать будем его мы завету.


* * *

Пришел недавно к нам,
Покинешь нас ты скоро,
Но тему дал сердцам
Ты для большого спора.

Судьбу не раз менял,
Вороча наизнанку,
Ты долго выбирал
И выбрал ты гражданку.

Совместной службы срок
Недолгий не помеха,
Чтоб в памяти ты смог
Свою оставить веху.


* * *

Конечно, Саша Бережной
Боец довольно удалой,
Но все же, мы должны сказать,
В наряде любит он поспать.
А в остальном во всем хорош
И с ним со скуки не помрешь.
Когда дежурным заступает,
Себя на выход вызывает,
И может даже ясным днем
Подать команду: "Полк, подъем".
Встречает Саша Новый Год,
И он надеждою живет,
Что он сумеет, может быть,
Сержанта званье возвратить.
Пускай и нелегка задача,
Но тем желаннее удача.


* * *

Наш Карабеков Нуридин,
Хоть рост ему и малый дан,
Барана может съесть один,
Хотя б и запрещал Коран.
Но вот не может до сих пор
Отрегулировать прибор,
ДП-5б не взял замер,
Крутил-вертел ВПХР,
Но не сумел насос найти.
Быстрее надо в курс войти!
Но прежде чем его корить
Занятья нужно проводить.
Тогда не будет он подряд
Проверку всю ходить в наряд.


Зимняя стойка

На всем протяженьи длины
Холод касался спины.
Словно нитку кристалл
Я позвоночник обнял.
Стоял неподвижно, нить
Эту боясь шевелить,
Так как я знал, что дрожь
Пройдет, лишь собой шевельнешь.


* * *

То ли стою, то ли сижу, то ли лежу, темно, неудобно,
Но я один, если никто не придет
И не застанет врасплох, что катастрофе подобно,
Страх мне мешает вздохнуть легко и свободно,
И, думая "волен я", все-таки чувствую гнет.

Укрылся сюда я, больше некуда было укрыться,
Иначе значило бегать по свету под перекрестным огнем вражеских глаз.
Хочу, чтоб в скрюченной позе подольше я смог находиться,
Но знаю, истязание тела недолго продлится,
Мой разум потребует, чтоб я вышел и будущее спас.

Я буду снова кривиться, метаться,
Желая: скорее б уединенье опять.
И лишь бы в кружении дней с собой не расстаться,
Когда же свобода, покой ко мне возвратятся?
Пока я об этом могу только мечтать.


* * *

Стою и будто жду.
Время идет,
Лучше сегодня не будет
Для дела возможности, чем сейчас.
Но время ценю я
Лишь когда его нет,
А появится - истрачу,
Как будто пропью.
Во мне нет порядка,
Хоть весь проштампован я,
Но главную печать поставить забыли,
И сам я ее не поставил.
А надо бы,
Иначе конец всем планам,
Ибо не запланирован сам.


* * *

Два года упорно мы шли из прорыва,
С трудом избегали мы нервного срыва,
Но только терпенья мешок раздувался.
И время настало - мешок наш прорвался!

Два года мы счастье вязали по нитке,
Но ныне отложен наш путь от калитки.
Трудились, метались, ночами не спали,
И что же? Мы ротой залетною стали.

Своими телами латали мы дыры,
Награду сулили нам все командиры,
Но вдруг оказалось: нам все уже дали,
А мы свою совесть совсем потеряли.

И вот нам желанного дембеля вместо
Дают на разводе пять суток ареста.
Молчим мы, одни только нервы скребутся,
Мы верить хотим, что они не сорвутся.

1986-1988

Юра, ну кто возьмётся это рецензировать?
Ведь самому сегодня ясно, что это было.
Не вижу резона для публикации, извините.

Вот Бондаревский напечатал своё раннее, так там что ни стих -
находки и класс молодости.
Увы, об этом цикле такого не скажешь.
Сугубо моё мнение.

С уважением -
Им