Баллада о смерти Гавейна на новый лад

Дата: 14-04-2014 | 09:55:08

Тот рыцарь был достойный человек.
С тех пор как в первый он ушел набег,
Не посрамил он рыцарского рода...

Джеффри Чосер

Тот, кто над рыцарством царит,
Чистейшим пламенем горит.
Я продолжаю как умею.
Гавэйна я в виду имею.

Кретьен де Труа


1
Пилот “Фантома” сэр Гавейн,
Над Волгодоном недобиток,
Не одолел косматый Рейн
В кольчуге спаренных зениток.
Зенитка плюнула огнём.
Прощай, “Фантом”.

2
Когда пучки прожекторов
В кузнечные зажали клещи,
На перекрёстке двух миров
Он взялся за простые вещи,
Которыми измерен будь
Последний путь.

3
Количество прошедших лет
И качество душевной клади
Им было скручено в рулет
Не одного лишь Бога ради.
Им двигал личный интерес
В пути с небес.

4
Так что же вспомнилось ему
Вдали от блеска Альбиона
При погружении во тьму,
В суглинок еврорегиона?
Возьми бумагу, ручку то ж
И подытожь.

5
В манишке парусный фрегат.
В мурашках женские колени.
Над Югославией закат.
Костры еврейских поселений.
В ворота басков пятый гол
За Круглый Стол.

6
Налёт на сказочный Бахрейн.
Бои за Крымский перешеек.
Родной массандровский портвейн
За девяносто пять копеек.
Над перешейком сбитый “Миг”.
Дурацкий тик.

7
Летящий пулей “Шевроле”
Сквозь безымянный мегаполис.
Махаловка в Махачкале,
Где на чеченов напоролись,
Когда держали всемером
Аэродром.

8
В белесых мазанках село.
“Калашников” за самогонку.
Нерукотворное тепло,
Стекающее в амазонку.
Наяривай, аккордеон.
Играй, гормон!

9
Зажаренной собаки вкус
В окопах греческой столицы.
Рассеянный великорусс.
Японец пуговицелицый.
Не угостить никак нельзя:
Они - друзья.

10
Седой полковник Ланселот,
Завёрнутый в кусок рогожи.
Над Белым морем перелёт.
В Лапландии денёк погожий.
Оправленный в цветной хрусталь
Святой Грааль.

11
Гора запаянных гробов
Из Африки пирамидальной.
Добыча золотых зубов.
Багдада аромат миндальный.
Лишённый пениса пиит.
Палач-шиит.

12
Короче, то, что на бегу
Осело в памяти довеском,
Что я, по-моему, могу
Катастрофическим бурлеском,
Имея в логове кровать,
Именовать.

13
Виденья хлынули стремглав,
Как погорельцы из укрытий.
Столпотворенье тем и глав
В испарине кровопролитий,
Боевичковых кинолент
Эквивалент.

14
Сравненье с тёртым калачом,
Как видно, здесь неоспоримо.
Ты повидал немало, в чём
Есть притягательность экстрима.
Недаром просится с пера:
“Et cetera”.

15
Шкала набора высоты.
Система поиска объекта.
Катапультироваться ты
Пытался, но далёкий некто,
Дробя зенитками зенит,
Тебя казнит.

16
Обрывки лет ушли в галоп,
Галоп закончился обрывом.
Был по душе калейдоскоп,
Как карбонад с имбирным пивом,
Как старой Англии уют,
Как парашют.

17
Что впитывал Гавейна ум,
Совпавший с линией отреза,
Сегодня стало суммой сумм
И кульминацией ликбеза.
Махнув над берегом крылом,
Держи диплом.

18
Треск сухожилий и хрящей
В эпоху массовых затрещин
В числе приемлемых вещей
Бытописанию завещан.
За лупоглазый бомболюк
Тебе каюк.

19
Самосознанья вечный зов.
Брожение адреналина.
Тебя лишили тормозов.
Твоя нога из пластилина.
Ты приобрел конечный вид,
Как алфавит.

20
В ночном бою за мать твою
Не сбит ни “мессером”, ни “сушкой”,
А мрачной бездны на краю
Огрёб свинцовой колотушкой.
Авось зенитки по кустам
И ныне там.

21
Снаряд - горяч, наряд - горюч,
Они взаимности достигли.
Падение с небесных круч -
Не с парижанкой фигли-мигли.
Со всяким выдохом интим
Неотвратим.

22
Переходя ни сиплый крик,
Скажи-ка, паря, ведь недаром
Тебе привиделась на миг
Москва, спалённая пожаром,
Москва, покрытая золой
За слоем слой?

23
Пока жевал восточный фронт
Центральной Азии задворки,
Заполонили горизонт
Талибы, гоблины и орки.
Их цель - закутанный в Гольфстрим
Четвёртый Рим.

24
Пока мешались в винегрет
Бакинцы, туляки, бухарцы,
Ты был пословицей согрет:
“Герои - это младостарцы”.
И вот разделан под орех
Один за всех.

25
Не важно, в чем король Артур
Признается премьер-министру,
Простая разница культур -
Не повод оседлать канистру.
Канистру вылущит огонь.
Её не тронь.

26
Зенитки празднуют пикник.
Дымятся угли бензобака.
За неимением улик
Шашлык, а может, кулебяка
Пикирует в речной бассейн.
Прощай, Гавейн!

27
Есть сопредельный мир отцов.
Есть пресловутая идея.
Ты проиграл, в конце концов,
От собранности молодея.
Ты до бесчувствия охрип,
Засим погиб.

28
Был беспощаден Камелот
И стало очень одиноко.
Явился пламенный пилот,
Как Орион над Ориноко.
Не размазня, а жизнелюб.
Отныне - труп.

29
Экзюпери какой-нибудь
Тебя положит на папирус,
Понеже твой последний путь -
Поэзии системный вирус.
Мне это мужества придаст
При склейке ласт.

30
Я сделал бы ушами финт,
Но знают семо и овамо,
Сия история - репринт,
Для юношества мелодрама,
Доколе множатся миры.
Конец игры.

Блестяще во всех аспектах. Давно не читал подобного.

Буквально во всех секстинах перлы!

Полный восторг. И, ведь, при всём том бурлеске/гротеске/стёбе/балагане
- истинно философская лирика!

Поклон за взятие и закрытие темы :))))))