Сам формат издания "У Голубой Лагуны", да и название этому способствует, продвигает идею, что любое литературное произведение должно восприниматься публикой как ипостась нирваны. Ну, приятно ведь лежать у моря и внимать пению... не сирен, быть может, но неких бардов-менестрелей, следующих традиции бродячих музыкантов. Большинство из вас, мои дорогие читатели, видели таких певцов-музыкантов, изображающих на современный лад средневековую скоморошью песню где-нибудь на Арбате или в пригородной электричке. Забывается, однако. что средневековые скоморохи могли прокормиться исключительно за счет выступлений в богатых замках, для чего им нужно было угодить знатным сеньорам и сеньоритам, неплохо понимающим в современной (для них, многогрешных) литературе. Да и музыкальное оформление требовалось на уровне. То есть, оные скоморохи вынужденно были профессионалами. Далее эти скоморохи гуляли по стране и, останавливаясь на городской площади, могли исполнять произведение вовсе не того уровня и направленности, как в богатых замках. Оставаясь при этом сугубыми профессионалами.

У тех, кто собирал сборник "У Голубой Лагуны", задача качественного отбора не стояла. Вернее, этот отбор был не по критерию литературно хорошо/литературно плохо, а по критерию катит для спонсоров или не катит. Спонсоры, ясен пень, были сугубо антисоветские. Это примерно то же, как если бы для выступления в замках аристократов из "Алой Розы" поэтов-музыкантов-исполнителей готовили кураторы "Белой Розы"!

Современный автор (Данил Давыдов), хотя и работающий на издательскую систему НЛО, все же не может быть грубо-ангажированным, какими обычно бывают сугубо сетевые деятели. Ну, нельзя автору, включенному в публичное пространство, выходить за рамки профессиональной этики (он и не выходит): "Следует, видимо, разделить субъективность, заданную внешними факторами, и субъективность как таковую, субъективность волюнтаристскую. В проекте Кузьминского присутствуют оба начала, и они столь взаимосвязаны, что их нелегко разделить, — однако необходимо". Речь идет об оценке качества публикаций в упомянутом выше сборнике. Если читателю невдомек (что нормально для любых эпох), то любой профессионал скажет, что литературный уровень пятитомника в целом значительно ниже текстов самой средней советской газеты. Верно, что тематика стихов антисоветская (но антисоветчина в советской печати, как антиамериканизм в американской прессе - это нонсенс!), но политическая направленность текста никогда не была основным критерием в оценке его литературных достоинств. Политика - политикой, а литература - литературой.

(продолжение следует)