Контурная карта

За окном сверкает город разноцветными огоньками, и одиноко становится темноте… И все самое печальное отодвигается куда-то на край к горизонту.

Бывали ночи, когда не было ни огней, ни города. За окном слышался треск кузнечиков, изредка глухим стуком нарушало спокойствие упавшее яблоко. Казался привычным внезапный отдаленный грохот поездов, лишь легкое покачивание кончиков листьев комнатных растений заставляло подумать о вибрации этого, на первый взгляд застывшего, пространства полумрачной комнаты.

В такие моменты хотелось вспомнить что-нибудь хорошее и очень давнее, чтобы оно, соприкоснувшись с этой колеблющейся реальностью, слилось с ней и осталось навеки в этой комнате, а время пусть идет дальше... Пусть нанизывает на свою нить, словно бусины, родные и неродные лица, которые не последним, а лучшим отпечатком остаются в памяти...

Твоя память разбудит в этой комнате то хорошее забытое, что немедленно встанет перед глазами, будто никогда не уходило от тебя. Ты ненадолго ощутишь себя самим собой. Быть может, впервые за долгие годы...

Сейчас же ты увидишь себя возле печки в теплой ночной сорочке. Твои ступни сначала пятками, а, когда немного привыкнут – и целиком, разомлеют и порозовеют в тазике с горячей горчичной водой. Руки согреет кружка с теплым чаем из малиновых веток, а сердце – умиротворенное тиканье «ходиков»...

После, вдоволь напившись и нагревшись до испарины на лбу и заалевших щек, ты пройдешь в свою спальню, мягко ступая ногами в шерстяных носках по дощатым крашеным половицам. Бабушка будет ожидать тебя за письменным столом, приготовив шашки. Десять партий подряд в тишине при свете настольной лампы. Десять партий в «уголки». Так – каждый день, до твоего полного выздоровления.

Приятно сидеть, передвигать шашки, продумывая следующий ход, меняя с каждой новой партией цвет фигур; прислушиваться, как шлепает шашка через шашку, присматривать за ползающими по доске тенями, наблюдать за движением тяжелого бабушкиного тела.

Бабушкины руки пахнут корицей. Хоть твой заложенный нос и не может почувствовать этот запах, ты его воображаешь, потому что сегодня она пекла пироги – твои любимые с маком, с рисом и яйцами, с вишнями и особенно много плюшек с корицей. Морщинистые натруженные руки с огрубевшей кожей и твердыми ногтями дрожат от старости или от какой-то старческой болезни, от нее же временами трясется бабушкина голова, отрицая все на свете. Ты замечаешь, что несколько слабеньких редких волос выбились из маленького пучка и свесились бабушке на лицо. А лицо – контурная карта ее жизни...

Она как будто бы всю жизнь была бабушкой, думаешь ты. Ее контурная карта очень подробна – множество четких глубоких линий пересекаются с тонкими и мелкими штрихами. Высохшие выцветшие озера глаз. Выгоревшие бледные холмики губ. Расчерченная пустыня. Тебе кажется, что какие-то люди нарочно поделили ее между собой. Где-то твоя линия...

Бабушка смеется, когда ты отказываешься спать и просишь одиннадцатую партию. Она проводит шершавой ладонью по твоему лбу, отодвигая прилипшие к нему волосы. Целует, но не уходит, пока не подоткнет одеяло со всех сторон и не убедится, что ты подложил свои ладошки под щечку. «Спокойной ночи. Спать до полночи, а после полночи кирпичи ворочать.» Засыпая, ты все пытаешься понять смысл этой фразы. Ни сегодня ночью, ни после тебе не придется ворочать кирпичи...

Утром Ромка скажет, что наступила самая настоящая весна! Это время для вашей игры в «клёпушки». Кто-то из ребят уже подыскал биту, кто-то со знание дела вырезал «клёп» – смешной маленький деревянный брусочек, похожий на небрежно заточенный с обеих сторон толстенький короткий карандашик.

Твоей задачей станет начертить мелом квадрат. Ты весь в нетерпении – тротуар около дома почти высох и готов принять на себя роль игрового поля. Но дорога еще не просохла. Машины колесами превратили ее в грязное месиво. По нему не раз придется прыгать в погоне за «клёпушком». Пара испачканных ботинок, пара синяков, пара разбытых стекол – за это обязательно попадет. Если «клёпух» угодит обратно в квадрат, и выпадет ноль – вдвойне обидно. Случится и поспорить с кем-нибудь из-за количества очков – но ни за что не захочется останавливать игру ...

Ты берешь мел и рассматриваешь тротуар. Асфальту на нем уже много лет, по нему прошли сотни сотен ног, от старости он сильно потрескался. Ромка помогает тебе найти местечко для квадрата и говорит, что асфальт с темными от влаги трещинами похож на контурную карту, которую вы только вчера раскрашивали. Ромке хотелось бы взять цветные мелки, чтобы на вашем тротуаре нарисовать острова, горы, моря, реки, озера...

И ты снова возвращаешься мыслями назад. В свое настоящее.

За окном все так же сверкает город и где-то вдалеке слышится звук серены, похоже, «Скорой». Слишком часто в последнее время...

Полумрак твоей комнаты совсем не похож на полумрак той комнаты, за окном которой нет города. И огней нет. Комнаты, у которой теперь нет тебя...

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!