Тунисская медитация на берегу Средиземного моря….

Дата: 13-05-2010 | 23:22:26


Сквозь Аравийский космопорт прошли на Землю бедуины –
бродяжий, алчущий народ с планеты Альфа Цезирины.
С иной невидимой звезды, сквозь солнц соитие – в скрижали…
Но этот древний космопорт шайтаны в невидаль убрали.
.
От звезды к звезде труден путь в мирах, где слова в узде, где виденья – прах!
Но прикрой глаза или чуть прижмурь – вспыхнут солнц дрова и исчезнет хмурь.
Ты увидишь вдруг между двух колец дальний космодром и мечты дворец.
Сдвинешь дивный диск в давний космопорт – в терции минут в коду стылых нот.
.
А там, где +нгел Джабраил стоял на кромке вечной суши.
сих сущих он перевоплотил в простых пустынников горючих.
И те шептали письмена и с тихой грустью забывали
звезды далёкой сон-слова в густой земной «фата моргане».
.
Дней не перечесть, лет не сосчитать: от звезды к звезде запеклась печать.
+нгел Джабраил запечатал растр – письмена веков переплел в кадастр.
В дивных знаков вязь влит волшебный свет: двух светил слова и насущный хлеб.
На одном конце невозвратных дней – горький путь в веках, на втором – элей.
.
Прошедшие сквозь вязь миров, забыв свой солнечный альков,
не пронесли в иные дни иных времён нездешних сны.
Они прошли сквозь пыль дорог, прикрыв истории полог.
Кочевья выстроились в сонм иных космических времён…
.
На солнечной развилке каллиграф начертал вязь светной паутики в космический портал.
Туда нельзя вернуться, оттуда нет пути, лишь узы остаются, в которых Я и Ты.
На солнечной скрижали спеклась планеты вязь,
расплавив боли льдинки в целебную приязнь.
Развилка паутинок проникла в вешний мир под тихую сурдинку, где Время – поводырь.
.
+нгелы вмокнули в Путь души-толоконца,
обмакнув за пять секунд их в скоринки солнца.
И корпускулы судеб, выпорхнув наружу,
приняли свой скудный хлеб из прибрежья лужи.
Коды букв арабских в вязь выткали столетья. Их земная ипостась – зонг тысячелетья.
От гортанных и густых кличей на рассвете до волшебно-неземных в будущем Завете.
.
Светный +нгел Джабраил их привёл однажды в мир, который претворил боль,
печаль и жажду.
И простыла на Земле солнечная Лета, обретенная в мечте свить себя с планетой.
Оборвался камертон на волшебном вздохе, и родился клич иной прекратить проруху.
И родился сон стыда вырваться из гнева, но вокруг жила орда без шатров и хлева.
.
Опять инвариант священного огня, хоть лик иной скрывается вуалью.
И рыцари-лошадники себя искомо чтят в сравненье с прочей швалью.
Но сарацины, выйдя сквозь огни – где Эльмовы, где просто звёзд пустынных,
вросли в верблюжьи вязкие горбы, гордясь собой на переходах чинных.
.
Готовые пробиться сквозь века до самой крайней северной Медины,
они искали абрис в облаках земли иной, в которой прежде жили.
У той Медины – звездный космопорт: о нем известно праведно и точно,
Но варвары, как стражи у ворот, не пропускают в мир иной досрочно….
.
Иная твердь, иные гаруса, и синь небес в свинце тяжелом тучно,
И ко всему всегда идут снега: нелепо, сыро, влажно, жестко, кучно….
Идут снега, снега, снега, снега и не пробиться к поднебесной сини,
хоть кштарии на белых верблюдах исконно верят вымышленной были.
.
Но только память попирает прах, неведомый на Альфа Цезарине,
Там почивает собственно Аллах в шатре миров в своей великой силе.
Там вечен эль Джираль – оазисов оазис: форпост, оплот и счастья анабазис
Шесть миллиардов пальм сплелись в один шатер – в один ковер ста тысячью озер.
.
Такой инопланетный анабазис: шатров, костров и юрких иноков,
Зачем они прошли в земли чужой оазис и выжгли мир ордой верблюжьих ездоков.
Когда они прошли в Земли чужой пределы? Кто вызвал их, к чему, зачем и отчего?
Нет памяти о том – Скрижали отсырели. Размыла их Река забытых облаков.

Как полюбить арабских строчек вязь, прошедшую волшебные горнила:
у каждой буквы солнечная мазь, различна точной меркой Джабраила.
Чужие страны как чужие расы: у каждой расы свой земной карас:
всем выданы и флаги, и матрасы, пока земной – ты вечный папуас.
.
Шаг налево, шаг направо – и уже не перейти через время переправы,
через звездные пути,
через шахтные колодцы, через тайный переход – мнутся жалко полководцы,
не сказавшие; «Вперёд!»
Отступать в порталы ночи, обжигать порталы дней был не каждый полномочен
среди Эльмовых огней.
Шаг налево, шаг направо – сквозь столетий письмена
протекла кочевий лава сквозь земные племена…
.
У северных ворот восставлена звезда, и накипь льдов зажала пилигримов.
Туда не подойти, там варваров страда, хранящих тайну Северной Медины.
Гиперборейцев след растаял в небесах, истаял вслед за адом Атлантиды.
Они прошли в миры, где умирает страх вдали от отмороженной Арктиды.
.
Бинарный код и знак Луны давно в истории Европы –
они впечатаны в мечты и в зов Эллинки Пенелопы.
Они вошли в её судьбу – и Пенелопы, и Европы,
поскольку были на кону волшебных сказок строфы.
Энергетический разрыв – здесь Солнце, там – сливная яма.
Энергетический разлив – обрыв, отлив, отрыв, нирвана.
Сливные будни в падежах и па-де-де под балалайку,
и память в чёрных миражах, и плеть погонщицы из лайки.
.
Не всем проведаны сполна иные солнечные блики,
в которых выткалась канва сквозь остов древней базилики.
На фресках вычурный сюжет скомкало Время до полстрочки –
иных времён земной обет давно изведанный до точки.
Но вечен посох мудреца, чья длань пред Господом открыта,
и несть дороги без конца, и скиты норами отрыты.
Нетленно мощи мудрецов сложили головы к Порталу.
Их растворен пустынный след давно и прочно в мадригалах.
.
Не угрожая Запределу, они ушли – Судьбы зазнайки в инопланетные пределы
в обычной варварской фуфайке.
Бредут народы вдоль столетий, на каждом – рубище веков:
и скудный ломоть на рассвете, и чудный памяти альков.
И только Бог на парапете взирает мудро свысока – ведь бедуины те же дети,
и мчит их времени река.
Тиранят гордых бедуинов, пришедших с Альфы Цезерины
иных времён былые дни и Аравийские холмы.
.
И оттого их путь иссатан, что по камням струится фатум,
могучий памятник того, как было прежде нелегко,
как шли они меж звезд порталов огромным серым вязким валом.
Как подле данной им Земли они дыханье обрели –
прошли, проведали, случились, в легенды Время воплотились,
вошли в горячие пески и обрели седин виски…
Сорвались в вязь арабских струн и обрели Магриб-баюн,
и отошли в недавний сон средь миражей пустынных слов.
.
Не чувствовать, не знать, не ощущать, не ведать, не предвидеть, не боятся –
пред миром вольным стражем оставаться, поскольку Аравийский артефакт
не ведом, не учтен, не состоялся в недавних нерасторженных мирах,
в которых даже грустно святотатцам, поскольку нет, чего предохранять.
.
Разрушены порталы Атлантиды, и нет Гиперборейских дивных врат –
они прошли сквозь льды и лет лавины, уйдя на дно в скалистых берегах.
Осталась только память о походе на Землю обетованную вроде.
Но где Обетования роса, и где её резные гаруса –

…Уже не помнят даже бедуины; в их памяти рассторженной – Руины.
Сомкнув народы в сущее кольцо, мы обнажим Истории лицо.
И с тем отыщем путь в наш старый Дом – с порогом лет предвечный окаём.
За дверью там скрывается рассвет грядущих человеческих побед.
.
Пока же на крылечке дремлет Кот – баюн, ворчун и старый обормот.
Он прежде был поэтом на Земле, и этот трёп он промурлыкал мне.
Сомкнув глаза, он мирно задремал, а я за ним легенду записал,
за каждым замурлыканным мурлы, я ведал вкус халвы и баструмы.
У Лукоморья Теркин чешет нос – нальют иль нет – единственный вопрос.
.
У всякой парадигмы падежей есть вечных слов бездонные пульсары.
Чем значимей они и чем важней, тем ближе к круговертию Сансары.
Истоки дней в сансаре падежей… У каждого свой росчерк виражей.
На каждом, обретаемые вновь мечты, надежды, радости, Любовь.
.
Коллективный Разум Сферы междометий и метафор
странным оттиском на гемме переплавился в Магриб.
И по меркам Джабраила сквозь века ушли в Сахару
бедуины, словно в море… Мелких лодок жалкий вид.
.
По ораклу Небес мы живём не там, а здесь: Киев вплавился в Луксор,
Шаббала в Шамбалы ритм –
с сединой густой висков бродит миром Вечный жид: барражирует восток,
как имперский оверлок.
Возрождает те места, где история чиста, к бедуинам он гонец –
дайте правду, наконец!
Что случилось там у вас не сегодня, не сейчас...
Отчего земной карас выпал Альфа Цезерине
и от звездной пуповины отторгнуло время вас?
.
И мы уйдем в проём Времён, и нас сочтут предтечей в одном из пройденных миров,
и будет тихий вечер.
Но там, где тело отпоют в печали иконвечной, сквозь космопорт слова пройдут
светло и человечно.
И наши души сквозь порты пройдут в миров начала, туда, где прежде всяк бывал,
но в то, что верит мало.
А там всё снова и опять, и вряд ли будет точка – любить, творить, дышать,
мечтать от детского росточка.
.
Стеречь порталы, жечь мосты, сминать истоки судеб, творить Истории холсты,
в которых мир пребудет.
Дабы судейские умы вещали не напрасно, что мы планету обрели, а на планете – ясла.
Аллах и Будда и Христос явились в них предтечей,
дабы свой собственный чертог прожить по-человечьи.
Дабы и хитонах и чалмах на Альфа Цезарине Мы обрели себя в делах – бессмертно,
без провины…
.

Бинарный код и солнца вязь, и звёздные пульсары
соткут соцветье новых рас, но с нами в изначале



Тунис-Украина, май 2010 г.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!