Невыдуманный детектив



Это был 1945 - 46 год. Работал я в Одесском Внеш-торге шофёром на полуторке. В ту пору работа на машине - легковой ли, грузовой была "хлебной": при хорошем "хозяине" всегда можно было "подкалымить" к зарплате, что была, конечно же, более чем не реальной... Однажды часов около 8-ми вечера, после работы я приехал в дом к родителям жены , где с женой, ребёнком и жил, ещё не получив свою, откуда был забран в армию. Процесс освобождения её от вселившихся в период оккупации граждан был нелёгок и продолжителен: твоё военное прошлое особо во внимание не принималось - деньги играли главную роль, у меня же они водились разве что на прокорм семьи.
Мать жены налила мне тарелку супа, и едва поднес первую ложку ко рту, как забежавший в квартиру дворовый мальчишка
позвал меня "к какому-то дяде", что ждет меня у моей полуторки на улице. Обрадованный, что это, по-видимому, "клиент", и есть возможность подкалымить, я тут же поднялся из-за стола и, торопясь, направился на улицу, к машине. Услышал вдогонку голос отца жены - Миша, я с тобой, помогу тебе! - Не нужно, сам справлюсь - бросил в ответ. Выхожу из ворот - стоит возле машины мужчина средних лет, встретил меня приветливо вопросами - не желаешь ли, браток, подкалымить? Знаешь завгара авто-техникума? Хозяева вернулись, его выселили, нужно вещички, мебельишку подкинуть, обижен не будешь...
- Об чем речь - отвечаю, поехали!
Садится он в кабину, и получив адрес, с Глухой (Запорожской) ,
где жил, сворачиваю направо, на ул. Прохоровскую, (бывш. Хворостина) по ней иду до Комсомольской (бывш.Старопортофранковской) там беру лево руля и на неё и выхожу. Тут же, едва свернул, мой клиент говорит, чтобы остановился, вот мол и его друг. Особенно не задумываясь, что за друг по пути, когда ещё не доехали, и тогда, когда речь шла о знакомом мне районе авто-техникума, что не вначале, а почти в конце Комсомольской, не задумываясь подбираю его, лезет он в кузов полуторки, и я "топлю" дальше по улице спокойно и бесшабашно.
Тут мне необходимо сделать одно маленькое,
но важное отступление.

Полуторка была у меня новая, машина Внеш-торга все-таки, мало того, ещё и с "эмовским" мотором. И надо же было случиться, чтобы именно в этот день, с утра вдруг забарахлил стартёр, и весь день проездил я с заводной ручкой на сиденье, хоть в течение дня обнаружил в чем неисправность и легко устранил её.
За перекрестком Торговой улицы, справа, перед войной должны были строить школу, и известняки - это типа кирпича большие белые плиты, что вырезались под городом в катакомбах, этим их изготовлением и образовавшиеся, эти известняки так и остались лежать вдоль правой стороны улицы вплоть до самой бровки тротуара.

Так вот, на чуть большей середине длиннющего квартала между Торговой улицей и Сеной Площадью, почти против Авто-техникума, (уже изрядно стемнело - я давно зажёг фары) я почувствовал сжавшие мне горло стальные пальцы моего
"соседа справа", улыбавшегося недавно клиента-братка.
Поскольку он пытался оттянуть меня к себе, (видимо второй,
что в кузове, должен был пересесть на ходу на подножку и сесть за руль), и наклонил чуть к рулю, я получил возможность схватить заводную ручку и ударить его что есть сил по голове.
Он сразу отпустил меня, обмяк, сам склонившись к своим коленям,
что дало мне возможность потянуть ручку правой двери к себе и этим открыть её. В то же время правой ногой вытолкнуть его
на ходу из машины. Пытавшийся меня ударить ножом друг моего клиента не совсем, видимо, сообразив, что же именно произошло но обнаружив все же, что не я - его напарник выброшен из машины, соскочил на ходу из кузова. Крыша кабины моей полуторки была брезентовой - он её ударами ножа изрезал.
В ярости от того, что было, я развернул машину на площади и
вернулся снова на Комсомольскую в обратном направлении.
Как я и предполагал: два силуэта были видны у бровки тротуара, слева, у плит известняка . Взяв немного лево руля, только услышал, как машину подбрасывало от наезда...
Тут же свернул направо в переулок и выехал снова на Сенную Площадь к 4-му отделению милиции.
Сказал, что и где произошло. Мне подробно и не нужно было - горло было исцарапано и окровавлено. Бинтом, смоченным иодом, мне его тут же кое-как перевязали, и я сразу повез несколько милиционеров к месту случившегося, где лежали мои "клиенты". Время было жестокое, послевоенное. Получил благодарность от начальника одесской городской милиции - генерала Балбасенко.
Как мне стало известно, первый из моих "клиентов" был отправлен в мир ударом заводной ручки по голове.
О втором ничего не узнал. И не интересовался.
Но в милиции сказали, что угоняют машины для продажи, убивая водителей. А у меня была полуторка, Внешторговская, притом, ещё и новая. Дома, конечно, ужаснулись узнав, что произошло.
Исцарапанное горло, кровь...
Рассказал им дословно то, что изложил выше...

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!