СПОР ПОЭТОВ – ВСЕГДА ДЕЛО ВЫЗЫВАЮЩЕЕ... записки рядового мечтателя, ч. 5

Дата: 26-06-2006 | 00:38:08



ДОКУМЕНТ №65 от 15.08.1996 г.
Шалом, Вадим! Все ближе продвигаются мои литературные исследования времени к тому месту в истории землян, когда Киев посетил Вадим Булатов... Я хочу быть неосторожно точным во всем, что я ощущал в ту пору, чуть до и чуть после... Поэтому я не тороплю события, а развиваю их последовательно в том допустимом виде, который не должен будет тебе показаться из ряда вон выходящим...
Кое-какие знания о всех нас ты теперь сможешь уточнить для себя или перепроверить, но накапливать свое в бункер тишины я, увы, не умею... В данном случае ты просто читай... Понимания того, а что же такого наковырял тебе Веле, появится как и всегда через несколько неясных сезонов-лет...
Я давно уже понял, что моя литературная проза имеет свойство проявляться во времени, а не выцветать со временем, как это случается у многих. Мне это и самому становится интересным, тем более, что говорю привычно о вещах и событиях ЖЛОБОдневных, а они непроходящи... Вот почему и возрастает со временем их читабельность и АХТЫ-альность. Просто в дневниках я никогда не придумываю себе реальность, а просто ее отображаю...
Посылать же удается мне понемногу, как понемногу пробивается и так ожидаемый мною семнадцатый номер "Самватаса" и уже осязаемый следующий за ним номер... Я все-таки полагаю, что в Воронеже со временем ты начнешь заниматься самой настоящей раскруткой профессиональной литературной кухни, рецепты ведения которой быть может тебе за эти годы подсмотреть и у жизни, и у киевского бомонда, и, прежде всего, у себя на конкурсе...
Но тобою сегодня сказано только А, я это понял, как и то, что ты способен пройти все кулинарные литеры хорошего Издательского АЛФАВИТА. С тем, в добрый час! А наш проект-тандем не останется для тебя бесполезным... Уже в N 17 будет твое стихотворение.
Обязательно давай о себе знать и помни, в Киеве у тебя остались хорошие литературные приятели... Дружбу же проверяют годы!.. С уважением, Веле Штылвелд, чьим именем городок мой Киев называть не надо.

ДОКУМЕНТ №66 от 22.08.1996 г.
Шалом, Вадим! На прошлой неделе побывал на ЛИКе и Антаресе... Была презентация витражей. Многих видел, шлют приветы, заходил к Карине Сычевой, посидели до трех ночи за лимонной водкой, она отличный и уже готовый автор... Вместе написали с ней небольшой экспромтец под Данте-господина:

Земную жизнь дойдя до половины,
я оказался в собственном дерьме,
но, посидев на кухне у Карины,
я ощутил, что по ху@ все мне...

О беседах с Кариной будет отдельно. Сейчас же посылаю некоторое месиво того, что касается и твоего пребывания в Киеве моими местечковыми глазами.
Все еще безработный. Закончил заказной роман господину Р.С.Синаняну "Можно сойти с ума", (заказчик убит в 2002 г. – Веле ШТЫЛВЕЛД) за два месяца выдавил с потом и кровью 196 страниц за голые 60 баксов... Но еще двадцать получил за ремонт пишмашки и закупку расходных материалов – бумаги, копирки, красящих лент. Роман уже ушел спешно в издательство, где и тиснется в сентябре, окончательно оставив меня с носом.
Но ничего иного от парней с пистолетом под мышкой мне не приходилось более ожидать. Этот роман могло породить только наше беспортошное время, и именно поэтому он сляпан навеки!
"Записки праздного человека" убийственно просты... Ерзание одного задроченного киевского литератора на своей собственной голой жопе. Теперь принимаюсь за новый роман "Интервенция в ночь". Все еще безработничаю уже 83 дня. Осенью жду многих для себя перемен. Осенью в Киеве обо мне просто и прочно заговорят. Ну что же, я к этому шел всю свою сознательную жизнь.
Быть и тебе, Вадим, по жизни прекрасным автором и издателем. А у тебя есть что этому миру сказать. Пиши, с глубоким уважением, Веле Штылвелд.
Привет от мамы Карины (вышла в третий раз замуж за айбайтера, выехавшего на зароботки в США, где тот через месяц разбился на смерть на стройке, туда же со свом кагалом птенцов перебралась и сама… уже навсегда – Веле ШТЫЛВЕЛД) и Андрея Беличенко! Всего менее кого-либо сейчас желал бы наблюдать на горизонте.
Устал от общения, так что сейчас – затворничаю, как старый еврей. Пиши!

ДОКУМЕНТ №67 от 3.09.1996 г.
Шалом, Вадим! Записки праздного человека имеют и свой конец. Потерпи немного. Еще три-четыре письма и дам и тебе, и жюри, и себе передых. Как ты знаешь, в Киеве нынче гривна. И так бывает. Тем не менее, четвертый месяц работы по-прежнему не нахожу, не считая некоторых рыпаний по редакциям. Но это удается пока что слабо.
Начался учебный год, Люльчонка ушла из дому у самой кромки одиннадцатого выпускного класса. Теперь у нее есть вроде даже серьезный мальчик Дима. Я с ним разговаривал по телефону. Клянется ей в верной любви. Ему 21 год. Она была у меня, лишь только с ним рассорилась и устроила мне такую истерику, что думал обвалятся стены. Так что у них любовь, а я, как и положено лохам – на хер. Это и закономерно.
Андрюша получил от тебя материалы и низко тебе кланяется, но передавать денежку поездом ЛЯЧНО, хотя они и очень нужны! Но думаю – все ко времени устаканется... А почему бы и нет... И будут у нас и 17-й, и 18-й номера "Самватаса" еще в этом году. А с ними и ТВОЙ СЛЕД в развитии Киевской литературы, столь привязанной к русскому красному слову.
Сейчас еще не время делать прогнозы, но сдается мне, что заканчивается какая-то удивительная переполосица несостоявшегося и надежд, успехов и поражений...
Все мы в 1997 году переберемся на новый энергетический уровень чем-то в доску наученными и по жизни неунывающими... С уходом из моей жизни Люльчонка кончилось в чем-то счастливо-печальное монастырское лето старого облапошенного прохиндея... Теперь я просто отосланный на хер старый дурак... Хоть и горько, но поделом...
Но никогда еще так просто госпожа ЖИЗНЬ не отпускала на свалки Истории тех, кто однажды прочно завяз в ее бесконечных сетях... Сети жизни, как и драматургию жизни никому еще так просто не удавалось отменить по одному только желанию... Так что, Вадим, нам еще в авоське жизни карабкаться и барахтаться... Так что – не пропадем! ЧИЗ! Как там у тебя в Воронеже? Привет от всех наших. Пиши!

ДОКУМЕНТ №68 от 8.09.1996 г.
Шалом, Вадим! В детстве я зачитывался "Приключениями бравого солдата Швейка". До полных сорока двух лет я прочитал эту книгу двадцать три раза, но всякий раз не до конца... Я просто уставал смеяться...
Так вот – мой сериал "Хай, Петра" как бы наоборот. Где-то в Нью-Йорке живет легендарная жрица любви, в американском понимании этого слова, бравая танцовщица-топлерз (т.е. гологрудая) и величайшая исполнительница всех видов танца живота и стриптиза чудаковатая престарелая красотка Петра. Она жалеет "веселых девочек" на всем земном шарике, она хорошо знает, какие только ежедневные сюрпризы может преподнести им судьба... Что там приключения Швейка! Бедные девчушки – их @бут много и разно, и очень редко при этом задают наводящие вопросы. Но когда задают, то могут и отблагодарить, а то и с носом оставить... Бесконечный сюр на суше и на море, высоко в небе и в свободном полете. И ведь @бет-то каждый, кому не лень, а хоть бы и бедуины-подводники. Что им при этом остается еще делать, как только смеяться, попискивать сердобольной Петре и не давать себя объ@бать... А то как же...
По жизни они отмаханные, но не намаханные... Они выкручиваются сами и учат нас по жизни не унывать... Мой псевдоНимб при этом Ти Хень Лунь, то есть плодоносящий брильянты Дракон из древней китайской мифологии. Чему должны научить нас мои милые ДАНСИ (танцовщицы). Да единственному – не важно, что тебя оттрахали обстоятельства, важно то, что и сам ты при этом оттрахал подлунный мир! И ничего! Первые рассказы этой серии появились в 1992 г. Только в 1996 г. первый из них был напечатан в республиканском журнале "Лель-ревю". Он был о сексе в полете со знатным тайцем Киви Ву Реем и его тиграми, на живом тигровом матрасе. Похоже, что эта серия рассказов переживет, увы, и меня.
Под сим Веле Штылвелд, литературный тихий дракон, плодоносящий маленькие эротические шедевры, как то и надлежит Ти Хень Луню на полный абзац.
Переслано Вадиму Булатову, воронежскому издателю и меценату в качестве предисловия к бесконечному циклу. Омейн, как говорят в синагоге!

ДОКУМЕНТ №69 от 9.09.1996 г.
Шалом, Вадим! После твоего звонка, на следующий день, я встречался с Андреем Беличенко на Петровке, на книжном рынке, где я продавал свои старые учебники по информатике, а Андрей девятый зелененький номер журнала " Самватас"...
Продажи особой не получилось, но зато много проговорили на окололитературные темы. Он, как и ты, справлялся о Зараховиче, но тот растворился как слабый черный кофе в огромной молочной ванне жизни, где его так трудно вычислить, потому что у него сейчас пошла полоса определенных успехов.
Андрей тебе написал письмо и очень благодарил за возможное вливание в журнал "Самватас". Вчера же вечером заходила ко мне Карина Сычева и мы с ней распили поллитру китайской ядерной водки, которую так мило подарили мне в доме Тимура Литовченко. Сам Тимур издал свою первую книжицу-повестишку "До коммунизма оставалось лет пятнадцать-двадцать". Она меня тронула. Но ее тираж составил всего сто экземпляров, как и тиражи фуфложей. Похоже, что микроволновое тиражирование становится у нас в городе постоянный фактором присутствия.
Вчера выслал две найденные у себя "Хай, Петры". Это и все... Остальные – сгинули. Ты их просто не нумеруй. Да, говорил ли я тебе, что сверстанную дискету Андрей от Тимура уже забрал. Так что семнадцатый номер уже может испечься к твоему октябрьскому приезду. "Записки праздного человека" кроме этого письма потянут еще на два... А затем я подумываю писать очередной цикл "Раскопки совести", на это будет еще не скоро. Туда попадет что-то и от тебя, и от Карины, например, –ДЕТИ ДОЛЖНЫ РАСТИ КАК ТРАВА, НО НА ХОРОШЕМ УДОБРЕНИИ...
Каринка тебе кланяется, Андрей тоже, а я прощаюсь до высылки следующей части своего опуса и сажусь за письменный стол. Сегодня ровно СТО ДНЕЙ, как я безработный, а во всем теле – безобразнейший отходняк. Но я просто давлю его в себе, потому что требуется работать... А что до китайской водки, то такого дерьма впредь не выпью ни грамма. Но даренный конь, хоть и без яиц, а все равно лошадь. Глубоко в том убежден! Пиши!
У нас – резкая осень. Кончилось лето, бля!..

ДОКУМЕНТ №70 от 15.09. 1996 г.
Шалом, Вадим! Вчера позвонил Андрей! Он занят сейчас проблемой распечатки текста журнала на лазерном принтере... С этим у него возникли, думаю, преодолимые проблемы, хотя в последнее время всем нам в этом городе проблем в этой жизни добавилось. Но отбиваемся – каждый, как может. Из-за отсутствия помещения не состоялся очередной " Самватас", а я из-за хлопот с разовыми подработками выпал из литературного Киева и сейчас хоть как-то пытаюсь быть полезен своим старым приятелям, которые вдруг обо мне вспомнили. Трудно сказать – надолго ли, да и сейчас я почти перестал писать. За неделю замотался как бобик. За полмесяца мастерю вот всего шестьдесят шестую страницу.
А между тем на землю пришел 5757 Новый год от сотворения Мира, от сотворения Адама и Евы... К чему это теперь привело, ты хорошо теперь видишь сам – войны, херятся семейные и гострадиции, возобладали политические и литературные амбиции... Так и живем. А между тем кончился год крайне знаменательный (13 сентября). До этого времени весь прошлый год от Сотворения мира верующие евреи ожидали в очередной раз своего мессию Мошиаха, но если бы они его, наконец, бы дражайше дождались: то вскоре наступил бы так долго обещаемый конец света – это потому, что жить всем стало бы неинтересно. Вот почему легендарный Мошиах и на сей раз не пришел. С тем и завершился год чудес в чудесах. Теперь же наступил год сильных. На одной ноге в этом году не перемяться... Следует цепко сцепить зубы, напрячь волю и бицепсы Души, и только тогда мы все устоим. После года Мошаиха обычно следуют годы испытаний, и их следует стойко переносить, поскольку все земляне, хотя они сегодня и забывают об этом, но... Да все немножко евреи. От Адама и Евы... От прародителей – как не брысь! – не отмазаться…
Вот и тебе, Вадим, я сегодня хочу по-хорошему желать немного еврейства, а ко всему прочему подослать на двух страницах "Хай, Петра", частицу девятую... Частей лучше не нумеровать... А сборничек "Хай, Петра" может дать тебе бабки! Шана това! При случае напиши! Белатука!... Бай!

ДОКУМЕНТ №71 от 2.10.1996 г.
Шалом, Вадя! Я даже не опечалился тем, о чем ты мне рассказал по телефону. Этот год действительно достаточно бессердечен и неуклюж. Никаких прелестей особых я от него уже больше не жду... Нервы мои еврейские – далеко уже не канаты, а ребята из так называемого бизнеса, куда жизнь окунула меня с 17 сентября, особых восторгов у меня не вызывали. Они – наши люди, и им всем хочется сострадать... Понимаю я и Андрея, ну не сложилось по срокам, но ведь он же не брал на себя роль Иисусика... В меру своих возможностей он честно старался, но бесконечные палки в колеса способны добить и самых стойких...
Я же начинаю присматриваться к изнаночным петлям того, что так громко рекламируется, как западное частнопредпринимательское чудо. Это голый, ничем не прикрытый русский КУПИ-ПРОДАЙ со страшной степенью эксплуатации тех, кого жизнь посадила на самые ягодицы и засунула за лотки... Их не лечат ни профсоюзы, ни добрые благотворительные дяди... Если это яркие телки, то хозяйчики их исправно поебывают, а если это некрасиво-несчастливые телки, то они исправно объебывают на выручке своих хозяйчиков... Вместе все это живет, шевелится и создает остогорошенную ПОД-ЗАПАДную суету... Ну, что же... Иного на наше заехавшее в МИМО-КОММУНИЗМ поколение ничего другого просто не досталось...
Но читать о себе до усрачки правдиво-зелененькое, то есть хорошо-фирмово изданное, эти людишки хотят. В раскопках совести я подарю им ихние портретища и портретики – в позах и в профилях, в ракушке на анфас...
Время не озлобляет больше меня... Это во мне, прежнем учителе, уже проехало. Теперь я просто ИЗГОЙ, вот и учусь выкарабкиваться, а хоть бы мать его въеб! Вот только с бабами не везет, но скоро и я себе нарисую пару дежурных шлюх, и все станет так же и туда же, как и у всех...
Ведь писатель принадлежит народу, а каков народ, таковы должны быть и будни писателя. Это как раз 666 страничка со дня изгнания с работы, а значит, пишет ее во мне Сатана, но и он имеет право быть услышанным и обласканным ровно насколько все мы ВЛЯПАЛИСЬ...
А вляпались мы на все передние ноги. Пиши! С уважением, Веле Штылвелд. Омейн!!!

ДОКУМЕНТ №72: от 6.10.1996 г.
Шалом, Вадя! Я надеюсь, что ты благополучно выбрался из глубинки и отдохнул от бесконечного Веле. Я начал очередной литцикл "Раскопки совести". Поперло из меня так резво, что я даже не ожидал. Время перетянуло мне жилы и чуть было не перетянуло за горло. Но об этом потом. Пока же пусть все идет как идет...
От всех в мишура-турне я всячески отмежевался... На меня поперла жизнь, и я только крепче взялся за авторучку... Текущие планы – в очередной раз не сломать ни себе, ни близким своим голову. А это не всегда уже получается. Приходится возвращаться в исконно детскую страну кока-колы и горячего шоколада... Ну разве что пивца, которое я не шибко люблю. (за эти годы ещё как полюбил и перепробовал крепко более 20 сортов – Веле ШТЫЛВЕЛД).
Хватит, поблажил до слез. Все перековеркалось, пока осознал. Ну, что же... И так бывает. Современная цивилизация предлагает такие нагрузки, что алкоголь их только усугубляет... О нет, я не стану по-пастырски проповедовать антиалкогольный образ жизни, но моего алкогольного с меня хватило. Бог миловал в большом, хотя и дал почухаться в малом...
"Раскопки совести" еще не известно куда меня приведут. Ведь я только в начале пути... Но в общем, обидно за тех, кто отскочил на обочину... То ли по жизни схерился, то ли крен у него был такой... От самого закудышнего на этой Земле рождения...
Сентябрь дал-таки мне поблажить, но зато октябрь оказался зло крутоват... Чуть не переломил хребет моей тепличной Души... Между всем прочим, за неуемное блядство и грязный язык на день учителя отлупил своего глупого компьютерного адъютанта – Люльчонка, а затем желал повеситься и перебил множество всякой малополезной стеклянной и пластмассовой дряни. Среди всего прочего – старинную зеленого стекла пепельницу, ее очень любил Люльчонок, и черный кухонный брехунчик. Вот его-то я ненавидел... Люлька поклялась, что никогда больше в мой дом не ступит, но битая она мне только родней и дороже, а там, где бьют, там целуют, а на житейский блядоход ни я, ни жизнь ее не отпустим. Она очень дорого мне досталась, сучка моя...
Теперь не сядет на попу неделю, а лица мы просто искусали друг дружке, как два истинных сумасшедших. Привет тебе от Гендриховны. Пиши, звони, дыши, твори, не унывай, будь! Ведомо, Веле!

ДОКУМЕНТ №73: от 15.10. 1996 г.
Шалом, Вадим!
Мало того, что я углубился в "Раскопки совести", но, теоретически, сегодня я их дописал. Чувствую, что это дописание в итоге выльется в 220 страниц, но как же я честно этот раз старался писать... Что вышло, то и вышло... Ни я, ни время не оказались на высоте. Всех нас будто проехало: и стыдно, и видно – ухезались, но... Как раз в этом и есть настоящий ЦЫМЕС, как говорят господа евреи, а не то что мы, полукровки.
Однако цымес и я люблю, и почему бы мне и над собою, и над временем не покуражиться, тем более что сейчас я в какой-то жуткой расщелине, из которой только торчат мои жутко красные уши...
Чем прирабатываю? А чем только не пошлет Бог. Все еще гордо ношу официальный статус киевского безработного. Уж так распорядилась эпоха. Ей Богу, она из меня выжмет писателя. Хоть в начале я и не верил, но 714 страниц за четыре с половиной месяца заставляют меня думать иначе.
Из Севастополя для запуска "Самватас-17" срочно возвращался на прошлые выходные Андрей Беличенко. Нынче он крутится. Первым делом звонил мне, справлялся и о тебе. Нет, сегодня литература вольно-невольно переместилась из академий всех мастей в самую что ни на есть жизнь. А что из этого выйдет – посмотрим. И насмеемся еще, и наплачемся...
Почему-то оказалось, что работаю энергично и много, хотя сам готов был жесточайше этому удивляться. Но оказалось зело плодовит, и этот год еще поразит своими плодами многих... Думаю, что и в России в этом залоханном горе-году литераторы всех мастей не дремали. Так что ожидаются целые стосы-горы развлекательно-поучительного чтива, потому что-таки шандарахнуло. Ну, и ладно... Нам-то не унывать. Мы-то пробомбились, хотя и повыворачивало кишек наружу. Но что нам с этим поделать... С дерьмецом да говницом бороться нам не впервые. Так что пиши! Крепкий привет от Андрея Беличенко да Игоря Яновича. Вот и все... Все остальные честно и просто прочно на меня насрали. С глубоким уважением, неунывающий Веле Штылвелд, киевский независимый литератор. Омейн!!!

ДОКУМЕНТ №74: от 20.10.1996 г.
Шалом, Вадим! "Раскопки совести" идут не быстрее, чем положено, но и не медленнее. По замыслу они будут идти с вкраплением глав из романа "Интервенция в ночь" и тем немногим поэтическим, которое на меня еще по жизни валится.
В Киеве появлялся в прошлое воскресенье Андрей Беличенко. Он мне звонил и заметил только, что в Севастополе он пытается предпринимать, а что до "Самватас-17", то по второму и окончательному прибытию в Киев он будет вынимать и рассылать уже готовый, вновь испеченный номер, так как по замыслу Андрея он прошел уже всю технологическую цепочку и готов был к тому, чтобы его вывели на лазерник и испекли в типографии. Жаль только, что произошла почти полуторамесячная задержка, но задержка – не передержка, литература должна вылежаться, а хоть бы кто и не стал при этом премьером самого себя и не стал кричать об этом на каждом углу...
Я сейчас окончательно литературно уединился... Материала жизнь дает много. Помогают мне и память моя, и мое подсознание, и мой богатый эротический опыт, и мой теперешний вынужденный целибад...
14 октября вместе с первой женой Белкой улетела навсегда в Эрец дочка Ленка, так и не попрощавшись со мною, как со старым козлом и растлителем молоденьких сучек... Ну что же... Свои 16 лет она встретит через 25 дней в Израиле и там же ей обретать свой бесценнейший эротический опыт. В этом я ей не доктор...
Напечатали мой рассказ в четвертом номере украинского "Леля" за этот год "Чайворiд серпневоi ночi". Заплатили бешено – 16 баксов... Пропил и просрал моментально... Ух и ментальность еще та у нас, киевских. Изредка позванивают Танюша Аинова и Тимур Литовченко, а остальные просто мне более не интересны. Да еще по словам Тани Карина нашла свое бабье счастье в лице двадцатилетнего смазливого бабника… Ну что здесь можно сказать – теплый х@й флагом ей в руки... Она хотя бы осуществилась...
Жду очередного (окончательного?) приезда в Киев Андрея. А журнал он тебе передаст, с этим и заканчиваю свое письмо. С уважением, Веле Штылвелд.

ДОКУМЕНТ №75: от 21.10.1996 г.
Шалом, Вадим! После 60 страниц "Раскопок совести" последовали первые 20 страниц включения главы из романа "Интервенция в ночь"... В будущем так они и будут перемежаться, что естественно для понимания моей концепции человеческого Альтер Эго... К тому же совершенно отдельно подсылаю маленькую поэму "Тайнопись этого мира", которую ты можешь редактировать до формата длинного стихотворения...
У меня какой-то психо-духовный затянувшийся тайм-аут, несмотря на всю внешнюю активность. Увы, эта активность с вырванной Душой, мне теперь уже точно не хватает членства в российском союзе писателей...
Андрей медленно-постепенен, но обязателен. Вот и приходится выжидать его дальнейших постепенно-планомерных ходов. Но его можно понять. Всем нам в эту пору в Киеве самое время потерять свои светлые головы и раскуситься, а мы этого не шибко хотим... Многие, как и я, залегли сегодня на дно, чтобы не нарываться на все новые и новые неприятности от местечково-независимых сволочей, которые и так сделали достаточно, чтобы удавить в Киеве все действительно русское, а я тут только прозрел вырваться в умненькие да великие...
Все еще в безработных, и тому уже 138 деньков... После самой настоящей грызни (зубами) с Люльчонкой и объяснения по телефону с ее отцом в моей жизни она больше не возникала, но вот повыпирало из меня сейчас в связи с этим много и много личного, и хочу я все это охватить литературно и перепоясать, и ударить всем этим своему лоховскому прошлому по яйцам... Но вот издать... Здесь без поддержки российских литераторов моя современная мазохо-достоевщина никуда не пройдет... А, ей Богу же, жаль... Слепить бы нам с тобой ВЕЛЕ ШТЫЛВЕЛДА и заработать на этом миллион... Ведь до чего нищета остоХ@ЕЛА... Пиши, звони, дыши, будь! С глубоким уважением, неунывающий безработный литератор Веле Штылвелд, пока еще маленький и заеханный...

ДОКУМЕНТ №76: от 3.11.1996 г.
Шалом, Вадим! Придержался с письмами, так как заносил хвосты: вычислял по Киеву, куда девался Андрей Беличенко, но он просто замер в охотничьем выжидании, так как в Киеве пошли процессы и процессики, которые от него так мало теперь зависели: безработица, отсутствие средств, мизер собранных средств на журнал, – все это наводило на мрачные мысли, но проторенные еще в бытность его социальной стабильности каналы еще работают, и, даст Бог, к концу года журналец выскочит, достаточно притерпевший от рождения...
Я же после полуторамесячного беспредела в мире менял, о котором я еще только начал писать в " Раскопках совести", окончательно оттуда ушел и опять занял третью, стороннюю позицию в жизни, стоя за письменной машинкой... То, что я выжил за эти пять бесконечных месяцев безработицы, говорит за то, что ко всякой жизни можно притерпеться и всякого от нее говница в меру и без меры понюхать...
Но когда от всего этого чуточку отмоешься и станешь к литературному станку, то окажется, самое что важнецкое, то есть о чем написать... А в нашем деле не это ли главное... "Раскопки совести", как и обычно двухмесячный цикл, и подошлю я его тебе почти что на самую елочку...
Но теперь ведь я определенно знаю, что это важно! Я могу вычудить на сей раз неплохую книжицу, а что до того – а кому она нужна, то тут вопрос банальный навстречу: а кому вообще все это нужно, вся наша горе-смехо-техника того беспредела, по которому мы ползаем ежедневно. Но думаю, что в ОТРЫВКАХ своего Штылвелд о-го-го как будет еще читаем, как и Вадим Булатов в своих новых рассказах, до которых у него все еще не доходят руки... А напрасно...
У меня же за пять месяцев теперь уже в прочном активе 787 страниц, что заставляет меня пересмотреть взгляд на себя и мой залоханный мир. Теперь не просто я мразь, и приятели мои не просто лохи – все вместе, Вадя, мы теперь ху@-потопляемые и даже опасны для тех, кто сегодня заказывает свой БРЕД-РИНГ... Мы их вы@бем, Вадя! Пиши! У нас все еще будет полный ХОККЕЙ. Веле, пиши!

ДОКУМЕНТ №76: от 7.11.1996 гю
Шалом, Вадим! Встречаю светлопохеренный Великий Октябрьский переворот в трудах праведных, а именно – завершеньице первой, полагаю, трети " Раскопок совести". Тяжелая оказалась штучка, почти ФИСКАЛЬНАЯ, а ведь я только лишь кое с чем и в людях хотел разобраться.
По последней информации от Танюши Аиновой Андрей Беличенко в больнице, а журнал вроде бы сдан, наконец, 4-5 ноября в типографию. Теперь уже верится с трудом. От МЕНЯЛ я ушел еще в октябре, а потому мои источники нерегулярных доходов иссякли теперь просто окончательно и назавжди... Ну это чисто хохляцкое НАЗАВЖДИ. Ленiн теж був назавжди. Но сейчас, в пору маломальских праздников работы в Киеве не сыскать, хотя сыскалась одна молодая интересная поэтесса. Не знаю, удастся ли зацепиться за ее светлую Душу. Вот уж где солнышко, хотя еще только-только начинающее.
В Киеве литературная жизнь ползет глиноземом. Готовится осенний парад поэм. Я не возражаю участвовать. А почему бы и нет. С пердецой, по-стариковски, но обязательно и свои п’ять копiйок... Одним словом, очередная менопауза, если только не считать, что я в очередной раз много пишу и ... провожу литературную разведку... Пока не больно чем и похвастался бы... Вот только начал пытаться налаживать контакты с городом Харьковом. Почему-то эта экс-Столица может воздать сторицей, объединив вокруг себя все на Украине русскоязычное.
Одним словом, здесь у себя в Киеве по-прежнему мы язычники перекатные... 815 печатных страниц этого полугодия даже на меня производят особое впечатление. Эдак я сейчас многих обставил умением порассуждать, хотя многие откровенно теперь принялись рассуждать, что не все от Штылвелда имеет отношение к литературе, что много во мне дешевой болтологии плюс политологии, плюс чистой воды фрейдизма-конструктивизма маразматического звучания. Да уж Бог с ним... На что претендовать, когда гонка за лидерство даже и не назначалась. А просто так: протекала себе жизнь, протекала, пока не протекла на 815 страниц... В общем, обмакнул в этом году засранца Штылвелда в жизнь. Привет теплый из Киева! Звони, пиши!

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!