Я с некоторой опаской
Встречаю крестный ход на Пасху.

Во время оно то был квест,
Как похищение невест, -

Обряд полузапретный, модный
И светской власти неугодный,

Хотя имущие ту власть
Умели знамение класть.

Да, Пасха старая, бывало,
Пожар весны воспламеняла.

И я, всегда любивший тишь,
Был Пасхой раздербанен лишь,

Что вряд ли замысел нарушит,
Не мир но меч вонзая в душу.

И это справедливо - вот
«Распни, распни» кричал народ,

А через пару дней, на Пасху,
На скорлупу наносит краску…

Весна до одури звенит.
Светило, ставшее в зенит,

От нас чего-то рьяно хочет.
Чего - само не знает точно.

А дерева, на солнце млея,
Христа погибшего жалеют -

Живой и добрый ибо он
Был к древесине пригвожден.

И колокол грохочет: «Б…дь,
Как смели вы Христа распять?»

И звон в ушах восходит выше.
И Бог его, конечно, слышит,

За нас испытывая стыд,
Что краской на ушах горит.