Он молчит в кладовке дачной,
Тёмной пылью покрываясь.
С ним пластинок онемелых
Вороха, в пыли, и стопки.

Что! – а может быть, Кудрявцев,
Ты поднимешься по зыбким,
Вверх крадущимся ступеням,
Дверь в прошедшее откроешь,
В давность полувековую?
И проснётся «Юбилейный»
Под рукой твоей, в чулане:
На кругу резинном плоско
Вдруг пластинка заволнится;
Заволнуется, очнувшись
Уколовшись об иголку,
Голос панночки Куницкой.

И наполнится кладовка
Ярким светом ламп – и праздник
Захлестнёт сердца и души
Пятиклассников, что в зале,
Полном света, не взрослеют.

Снова, добрый мой соперник,
Ты отступишь, удалишься
На минутку, на минутку,
С Ней навек меня оставив.

 

Снова бал уносит тени,

И печально обрамляет.

Тени милые былого.