Как символ мечты необузданных речек,

томился корабль у подножия скал,

а в городе старый смешной человечек

потрёпанный зонтик в квартире искал.

Он шарил за шкафом и рылся в комоде,

за окнами сумрачный дождь моросил,

но дело, признаться, не только в погоде –

он зонт постоянно с собою носил.

Упрямцам с годами приходится туго,

известно, лекарства от старости нет.

Потрёпанный зонт заменял ему друга

и был почитаем за выслугу лет…

 

Весна расставляла ловушки природе

в тот памятный вечер, казавшийся днём,

когда, не в угоду насмешливой моде,

с концерта они возвращались вдвоём.

Он брёл по бульвару, покусывал ногти,

он массу созвучий в уме воскрешал,

а зонтик, прохожих цепляя за локти,

из рук вырывался и думать мешал.

Казалось, он бредил избытком свободы

и время от времени всем существом

жалел, вспоминая, что лучшие годы,

как скудный багаж, оставлял на потом.

Он замкнутой жизни боялся немного,

случайных друзей не пытался винить,

судьбу искушал от стены до порога

и вот, наудачу, решил изменить.

Он верил, что счастье ему улыбнётся,

не спал - в путь-дорогу тянуло всерьёз.

Он знал, что, уехав, уже не вернётся,

и всё же уехать хотелось до слёз…

 

Увлёкшись, не медлил бы лишь толстокожий,

но бричка сомнений тряслась стороной.

Изруганный зонт отыскался в прихожей,

и с шумом захлопнулась дверь за спиной.

Метнулся вдогонку отчаянный ветер,

в домах не ко времени вспыхивал свет,

степенные няньки и глупые дети,

застыв у подъездов, таращились вслед.

Ужасно нелепое вышло начало!

Он к берегу мчался, не чувствуя ног,

а в бухте корабль отошёл от причала,

и воздух прорезал последний гудок.

Обычное дело – меняются маски,

глумится судьба, как безусый юнец.

Секунда – и вместо обещанной сказки

пустая страница и грустный конец…

 

Взлохмаченный ветер по берегу рыщет,

молчит человечек, сжимающий зонт,

и горестным взглядом растерянно ищет

корабль, ушедший за горизонт.