ОТРЫВОК

Дата: 07-11-2003 | 02:20:13

Есть упоение в бою
Пушкин


Есть упоенье в невезенье,
когда одно влечёт другое.
Охота тяпнуть чарку зелья –
не для веселья, а – напротив.
В окне напротив кто-то ходит,
роняет вещи с перепою,
уныло роется в комоде
и девичью теряет честь.

Но эту честь находит кто-то,
не эта Кто-то, а другая.
Она трезва и на работу
летит, скользя на повороте.
Её спасает незнакомый
и, трафик утренний ругая,
с неё снимает насекомых
и в свой фольксваген просит сесть.


Она, стесняясь, отдаётся
его внезапному порыву.
Ей ничего не остаётся,
как на мужчину положиться.
Он опытен: его повадки
солидны, но не заунывны.
От бицепсов на брюках складки.
Очки предполагают ум.

Они знакомятся поближе.
Она приехала из Риги.
Там было классно, как в Париже,
латышкой только бы родиться,
тогда в Измайлово бы это
ни за какие бы ковриги…
…Она у одного поэта
про времени читала шум


Обое, кажется, культурны,
и в лёгком воздухе коньячном
витает дух литературы –
поэзии и, постмодерна.
На всё – от музыки до джинсов –
почти что глядя однозначно,
они знакомы как полжизни.
Он ей почти уже бойфренд.

Она Кибирова читает
почти что наизусть, попрыгав,
смешною чёлкою махая
от возбуждения, наверно.
Он слушает благоговейно…
Ему, пожалуй, ближе Пригов.
Он любит также Рубинштейна,
и ничего, что тот еврей.


они из кинопанорамы
выходяят в ясный вечер мая,
сочувствуя роскошной даме
(Ким Бессинджер, и Бельмондо с ней),
с приязнью к главному герою,
друг дружку за руки хватая,
они, увлечены игрою,
в её Гольяново идут.

От их шагов немонотонных
сбегают с тонущих помоек
собаки, крысы и вороны,
но попугай, как бы подослан,
вдруг ухает, и башни страха
возводит разум-параноик:
там, впереди, маньяк опасный,
там хулиганы водку пьют...


У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!