* * *

 

                            И. Петуховой

 

Сухие ветки вербы в вазе

напомнили берёзы молодняк

с висевшей репродукции – из детства…

Кусты в сиреневом экстазе

настырно наперекосяк

кичились, по всему, соседством.

 

И рядом май сдавал рубеж,

гремя постпраздничной посудой,

цеплялся под любым предлогом.

А лето отстранённо, меж

тем предвидя пересуды,

не вдохновлялось диалогом.

 

Жара под тридцать. С тополей

везде свисали грозди пуха

убийственно аллергикам.

И нам хотелось поскорей

свалить из города; по слухам

июнь разделит пополам:

 

дожди вторую половину.

И хорошо бы – спорил кто.

Во время летних отпусков

всё реже тянет на чужбину;

и разговоры – кто про что,

но знает всё один Песков.

 

Ещё для шутки время будет.

Когда весь мир глядит в футбол,

сейчас одно его заботит:

кто США с Ираном судит;

как тёзка с ним взяла матчбол

в Париже; меньше о работе...

 

А мне пора вернуться в город,

пока заботы не ушли

с недугами под ручку в паре.

– А вербы? – Я тогда был молод…

И Вход Господень на Нерли…

Рублёв, Тарковский – все в ударе!