Ложится скорбь на лик предтечи…

В пиале подсыхает лечо,

Стреляющая боль в предплечье,

Меняются стандарты муз.

Во всех газетах новый странник,

Невинный голубой карманник

Нефть выливает в подстаканник,

Демонизируя Ормуз.

Решительно вступает лето

В свои права, а право вето

Накрылось огненным либретто

И упокоилось. Аминь.

Эфир во власти словоблудий

И воркования орудий,

Так добывается иудий

Для добродетельных богинь.

Возводят Церковь Лунной Гонки,

Несут искусные иконки,

И лопаются перепонки

От старта ядерных ракет.

Встают с помостов подмастерья,

С архангелов срывая перья,

И стал трещать от недоверья

Дубовый буквенный паркет.

Война, она не за горами

В объятой ливнями дораме,

Она на сцене в лютой драме,

Где полыхает каждый титр.

И в ожидании антракта,

Глаза сжигает катаракта,

А тень спасительного пакта

От зноя вряд ли защитит.