Ты теперь, батенька, — старая косточка,
А не надёжа земли.
Жизнь, как забор, разобрали по досочкам —
Что не трухляво, сожгли.

Завтра здесь будут другие обычаи,
Свежим железом блестя.
Вспомнит ли кто тебя для приличия
Лет эдак тридцать спустя?

Будет ли кто перекапывать прошлое —
Массу слежавшихся слов,
Чтобы, отбросив пустое и пошлое,
Сердцу доставить улов?

«Ну-ка, смотри — и присядут на корточки, —
Что тут такое у нас?»
Да ничего, просто — старая косточка,
А не бесценный алмаз.