Я пережил себя и принял смерть, как данность.

Хотелось бы без боли - для тех, кому был дорог,

но, опустился занавеса полог

 и я, махнув рукой, ушёл в туманность

над сонным Стиксом - тёмною рекой.

Туда, где мне вне зрительского зала

на выбор предоставят для начала

несыгранных ещё с десяток пьес,

чтоб пробудился к неземному интерес.

И будет музыка там литься без конца,

забвением привычных мне мелодий.

В ней будет шум нездешних половодий

и маска к маске в маске без лица

актёров незнакомых и нездешних,

не помнящих былого, безутешных,

не знающих оваций и венца.

Что ждёт нас за рекою той туманной?

Роль зряшная в нездешней пьесе странной

без повторений, выходов "на бис"?

А дальше – кто куда - кто вверх, кто вниз.

Кто ''в никуда'' уснёт на берегу...

Ох, эти мысли, значит, жив, могу.

А что могу - уже не помню сам…

и пью лекарства строго по часам.