* * *

                Звезда полночная застыла

                над животом вселенной всей…

Коричневым торчали трубы

на фоне неба из земли,

скрывал забор дощатый в зубьях

их прежних фабрик корабли.

И доносилось, то ли сверху,

гудком дозвона нота ля,

как новость года на поверку,

о смерти Карла-короля…

Протяжна темень новогодья.

Печатники ещё не спят,

огнями окон исподлобья

на Люблино с тоской глядят.

И, несмотря на эту скуку,

обычную для января,

из сумрака, скорей по звуку,

в глуши того же пустыря

представил тихую округу:

возком приткнут пещеры лаз;

ослица рядом; верным другом,

пёс тявкает, встречая нас.

Пришедших вслед за пастухами,

волхвами, за толпой зевак,

с дарами, песнями, словами,

кто с чем: кто с радостью за так…

И тот – один, готовый к чуду,

прохожий Ангел, рядом встал…

Звезда гляделась отовсюду,

и Он – молчал, глядел, молчал.