Вечный объект теорем – треугольник –
люди наполнили сонмом страстей.
Стал он вместилищем мыслей крамольных,
мук и соблазнов коварных затей.

И биссектриса не угол в нем делит,
а пополам разбивает сердца.
В нем медиана считает потери,
вместо того, чтоб с вершин созерцать

точки приемлемого компромисса
обозреваемых зорко сторон.
Впрочем, живем мы на шаре, – не писан,
значит, для нас и Евклидов закон.