* * *

Я долго смотрел на портрет старика,

вывешенный в киоске:

журнальный листок, помятый слегка,

выцветший и неброский.

Старик – по морщинам на лбу, бородой

что снег, – пожил на веку немало,

не этим схватил: взгляд его был такой, 

гляжу – и он на меня, усталый…

Темнело. Киоск закрывался, чтоб

расстаться, ещё оставались секунды.

Я, машинально разгладив лоб,

всхлипнул носом простудным

и под занавес, вспомнив что,

глазами сморгнул невнятно 

слезу пятнышком на пальто,

на серый узор квадратный.

И медленно, думая, зашагал,

ноги вели до дома

о старике: в нём кого-то узнал.

В этом фокус приёма:

на людях вывесить чей-то портрет,

вниманье привлечь картинкой,

прохожий, как я, словит взгляд… Но ведь нет,

знакома мне носа горбинка.