* * *

          Голова в холоде, живот в голоде, ноги в тепле.

1

Поёживаюсь, зябко на ветру.

Зима в России больше, чем зима;

оговорюсь, и верно не совру:

полжизни сроком снежная тюрьма.

И в этой белой удали бескрайней

слепит глаза и горячит сердца;

и ближе Родина перед последней тайной;

до боли в голосе подстывшем хрипотца.

2

А дальше, мой застенчивый прохожий,

надвинутая шапка до бровей

и шаг в привычку робкий, осторожный:

куда, зачем – поди, уразумей!

Российским стягом – русская зима:

во всю страну широкой полосой,

синит рекой прозрачной, что без дна,

под ней кровавый убиенных строй.

3

И я – не я, по молодости лет

пытался эту реку переплыть;

родное с берегов скупых замет,

за память живо остужало прыть.

Поёживаюсь, зябко на ветру.

И колом встала беглая река.

Мне долгая зима не по нутру:

за ней опасность бунта велика…