* * *

Отступает зима, отступает

из Авдеевки, из Москвы.

На шестом пёс оставленный лает,

ждёт хозяев под дверью. Увы,

мы тебе не помощники в этом.

Да и в том остальном только ждать

остаётся. Так чтобы с ответом

не тянул сын, утешится мать,

получив долгожданный конвертик,

эсэмэску, открытку, звонок.

Представляю, как бедная вертит

телефон: троекратный гудок –

значит, жив! Это всё, чем богата

несравненно любая из них.

Я смотрю им в глаза виновато

и боюсь за своих, за живых.