Боже мой, под пластом перегнивших лет

столько гумуса вызрело в бедной почве,

но в бокале пенится Божоле,

и душа об осени знать не хочет.

Урожай не собран, но ты живи,

кареглазая, приумножай запасы,

потому что я вечен в твоей крови,

несмотря на все мои выкрутасы.

А за осенью, как ни смешно – зима,

только скучно думать об умолоте.

Что мне жатва, когда я схожу с ума

от весенней женственности напротив?