Смерть попугая

Дата: 12-11-2018 | 19:58:57

                                                                 

                                                                             А.Н. Вертинскому

 

Театральный художник в запое и в его мастерской тишина.

Попугай в оперенье простое прячет клюв: то ли запах вина,

то ли въедливый запах морилки лезет в птичьи мозги из пустой,

но не выдохнувшейся бутылки, не желающей стать пустотой.

 

Он являлся распахивал дверцу сыпал семени божью щепоть
напевал что-то близкое сердцу разве может оставить господь

ни еды ни воды только сетка пробирайся по жёрдочке в край  

рви дыру но качается клетка и за ней примыкающий рай

нет воды это значит не нужен нет еды это ты не хорош

если он третий день равнодушен то цена тебе ломаный грош

о замрите движенья и звуки ставлю точку смыканием век

сон отрада в короткой разлуке помоги мне в разлуке навек.

 

На подстолье макет декорации; тайный люк, чтобы главный герой

мог исчезнуть в момент кульминации; заперт сверху тарелкой с едой;

хлеб, вино и остатки грудинки; рядом стул и на спинке пиджак;

по стенам стеллажи и картинки; мебель, кисти, обрезки, верстак.

 

Вдруг под вечер, по божецкой милости, сквозь подвальное полу-окно

из мороки февральской унылости солнце врезалось в створку трюмо,

перепачкалось в радужной лужице расползающейся амальгамы

и цветастыми пятнами тужится повторить новогодней программы

карнавальное лёгкое счастье:

 

кресло, выпачканную обивку на себя натянув кое-как,

светит рыжею плюшевой гривкой; завалившись спиной на верстак,

задирает побитые ноги, но не может достать до небес;

где-то здесь театральные боги, постановщики смертных чудес –  

 

и Жако, встрепенувшись отчаянно, достаёт из груди серый нос,

и поёт, к баритону хозяина подмешав попугайский прононс,

и кричит что-то тем, кто за дверью, где вечерняя спит пустота,

выдирая то серые перья, то багровые перья хвоста

из тщедушного жалкого тельца – 

 

никого, кто в замочную скважину увидал бы как кружатся перья, 

как расцвечено всё, разукрашено, как бодрит горький запах похмелья;

зритель сверху, где тешат традиции: сцена, пьеса, артист-шалопай, 

там, где смерть как повтор репетиции; боги здесь, где издох попугай.

У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!