Vladislav Pen'kov. Gathering Rise in the Church


This is all remains for afterwards –

For the fact, that nothing ever linger.

A woman’s face no more be recognized

With its red mouth, as the girl so nimble.

 

It was so much of the warm azure,

So much of the summer coastal water,

Likeness of the bow-string - immature -

Crushed on Vrubel and Kramskoi forever.

 

Laughing out loud – (the) head upright,

Falling in the hugs, wide-opened-out, –

That’s what did the bluish chintz attire,

Splashing juice of green green grass around.

 

Cannot say, there is no truth on earth.

Here it is – but stubborn and atrocious.

Icy tremor, light’s a coldest birth,

Best of Blok’s, but not a single opus.

 

Will be Hamlet tortured by the ill,

Will escape Ophelia the waters.

Consequently, members will fulfill

Solemn rites of priest McKanzie’s office.


------------------------------------


Владислав Пеньков. Собирая рис в церкви


Это остаётся на потом -
то, что ничего не остаётся.
В женщине с багрово-красным ртом
девочка уже не узнаётся.

Сколько было летней синевы,
сколько было берега морского,
юное подобье тетивы
Врубеля любило и Крамского.

Хохотало, голову задрав,
падало в открытые объятья,
пачкало зелёным соком трав
голубое ситцевое платье.

И не скажешь - в мире правды нет.
Правда есть - упряма и жестока.
Ледяная рябь, холодные свет,
лучшие стихотворенья Блока.

Избежит Офелия воды,
Гамлета замучают болезни.
Следственно, пополнятся ряды
прихожан у пастора МакКензи. 


У произведения нет ни одного комментария, вы можете стать первым!