Все дороги твои непременно сомкнутся,        

Скрипнет тихим приветом родное крыльцо.          

Ты блуждал средь чужих, чтобы снова вернуться

И в слезах целовать дорогое лицо.

 

 Я ветрами разлуки надолго простужен;

Только вот всё дела и вернуться не срок.

Память, добрая фея, не в службу, а в дружбу,

Унеси меня в жизнь ту, хотя б на часок.

               

- Я такси тормозну средь просторов духмяных, 

Что б все песни свои на ходу перепеть.

Здесь, в краю соловьином, я гость долгожданный;

Здесь родился и здесь суждено умереть.

 

Мы за стол свой большой сядем все, как когда-то;

Будем пить, рассуждая  про местную власть.

Будет курник дурманить мясным ароматом,

Свяжет губы и пальцы гусиная сласть.

 

Мысли спутает духом лавровый листочек,

Разомлеет душа, как румяный лучок.

Что-то там в табаке - это просто цветочки,

Что-то там из-за моря - ты шутишь, браток?

 

Опьянев от застолья и тёплой беседы,

Дверь открою в тот мир, где мальчишкою рос,

И, от радости лая на добрых соседей,

Мне в лицо ткнётся носом породистый пёс.

 

Думал жизнь, как роман, оказалось, как байка.

Только здесь я живой среди новых живых.

Только здесь я, как он,  - беззаботная лайка,

Не делю близких мне на своих и чужих. 

От того, словно он,  переливистым лаем

Я судьбе заявляю на счастье права.

Мне  бы только - снега без конца и без края;

Мне бы только - волной луговая трава.

 

Мне б как в юности той испытать себя вьюгой,

Мне б косой по росе на кострах помахать, 

Мне б к родному окну возвратиться пичугой

На заре о сыновьей любви  щебетать.