В окне молчал запретный сад.
А тьма венозная шумела,
когда я спал и, то и дело,
зрачки закатывал назад.

Клубилась память, голосил
на грани слуха ветер медный.
Я навзничь спал сухой и бледный,
бессильный против тёмных сил.

В том шумном, цепком, томном сне
стучали ветки, листья бились.
И я, понять чего-то силясь,
Водил рукою по стене.

Я знал: разгадка где-то здесь...
ни зги не видно, света мало –
кольца на пальце не хватало,
и сон как будто вышел весь.

Вокруг ни сада, ни листвы,
и ветра нет, не то что меди.
Есть ад. И тёмные соседи
шуршат у спящей головы.