Арбат полусонный, жара. Но не очень,
Толпушка из тех, кто услышал напев.
Поёт тенорком неудавшийся зодчий,
Надев второпях свой последний доспех.

Поёт он под свист и под вонь фарисеев,
Поёт под помои вчерашних друзей,
Не жмёт на гажетку, не пашет, не сеет,
А просто поёт, как умеют не все.

Грустней и грустней интонации песен,
Всё меньше сподручны они для хоров.
Проси не проси: «Вы хоть в душу не лезьте!»
Залезут как мыши в забытый пирог.

Дозволили им, грызунам правоверным
Процентов своих изливать торжество.
Колонны считать да выискивать скверну,
Начав это сладкое дело с него.

А он всё поёт, грустный бард с тонзиллитом,
Пытаясь отстроить машину времён,
Плевать он хотел на галдёж этот слитный.
Не дело дрозда – каркать в стае ворон.