Шарль Кро Угрюмство и др. 7-12.

Дата: 20-08-2009 | 23:09:20

Шарль Кро Угрюмство. 7-е.
(Перевод с французского)

Альберу Теншану*

Настал студёный век. Любви уж больше нет.
Нет сказочных лесов, перевелись наяды.
У нищих на уме мифические клады.
Банкиры их хранят и прячут свой секрет.

Был славный хлебный дух и радовал обед.
Закат был золотым - сияла в нём отрада.
По осени к нам шли туманы и прохлада.
Быков вели с полей, и пахарь шёл им вслед.

Стремления будя, вещали корифеи.
В счастливых городах мы видели трофеи.
Был слышен барабан по случаю побед.

Мечталось: о балах, где блещет высший свет;
нам снился Дивный Принц, любимец доброй Феи...
Настал студёный век. Любви уж больше нет.

Сharles Cros Maussaderie, 7-е.
A Albert Tinchant*

A notre epoque froide, on ne fait plus l’amour.
Loin des bois endormeurs et loin des femmes nues
Les pauvres vont, cherchant ces sommes inconnues
Que cachent les banquiers, inquiets nuit et jour.

C’etait bien bon l’odeur des pains sortant du four,
C’etait bien beau, dans l’ouest, l’eclat dore des nues,
Quand les brumes d’automne etaient deja venues,
Alors qu’on ramenait les boeufs las du labour !

Les aspirations n’etaient pas etouffees,
Et dans la ville heureuse on voyait des trophees,
On entendait sonner la victoire au tambour.

On revait d’or, d’azur, de fetes a la cour,
Et du prince Charmant, filleul des belles fees.
A notre epoque froide, on ne fait plus l’amour !

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).

Примечание. *Альбер Теншан (1860-1892) - весьма способный французский поэт, журналист,
критик, пианист, завсегдатай и сотрудник монмартского кабаре "Chat Noir". Нормандец,
получивший солидное литературное образование в гаврском лицее. Друг композиторов Клода Дебюсси и Эрика Сати. Автор сборника стихов "Les Serenites" и книги "La tentation de Saint-Antoine" (1887).

Шарль Кро Обращение к Бахусу, 8-е.
(Перевод с французского).

Вникаю с давних пор в любой новейший стих,
но, Муза, что за вздор и что за скука в них !
А где же стайки жриц и нимф длинноволосых,
где пение цевниц и птиц сладкоголосых ?
Мне хочется вернуть старинный аромат,
чтоб отдышалась грудь и сгинул всякий смрад.

Жду Фавнов и Дриад, зову Сильванов.
Хочу былых услад, а не пустых обманов.
Дриады ! В хоровод ! Мне хочется потех.
Пусть Бахус к нам придёт. Вот то-то будет смех !
Вступи в весёлый круг. Что в Азии за игры ?
Раздолье для пьянчуг и бешеные тигры,

толпа шальных мегер, их несусветный хмель.
Их мускус, ветивер, дурман, сандал, бетель,
разящий блеск камней и даже сонный опий -
всё не чета моей пресыщенной Европе.
Тебя зовёт страна, край сосен и дубов,
где славен вкус вина, где чуден дух хлебов.

В Элладе голова пьяна медовым соком,
здесь пафос торжества, не снившийся пророкам.
Здесь любят сельский труд, Садов и рощ - не счесть.
Здесь мраморы берут: из лучших что ни есть.
Пройдёмся. Поглядим на нынешних гречанок.
Их вид неотличим от древних афинянок.

Вон кучка резвых тел - купальня в камышах.
И хохот их взлетел, перекрывая птах.
Под портиком поэт скандирует балладу,
а критики в ответ смеются доупаду.
Потом они бредут дорожкой вдоль могил.
Усопших ценят тут. Любой им люб и мил.

Меж ними сам Платон с волнистою бородкой,
всецело увлечён своею песней ходкой.
Пракситель юркнул в дверь. Венера - вместе с ним.
За труд ему теперь даруется интим.
Вот выставки вешиц. Вот груды фруктов спелых.
Взгляни на продавщиц - нахалок загорелых.

Аристофан в торгу заимствуется впрок,
он ловит на бегу народный говорок.
Оставим торгашей. Продлим свою прогулку.
Сквозь груды овощей пробьёмся к переулку.
Пройдём, давя стручки и грязные кочны,
туда, где каблучки и песенки слышны.

Здесь ритмы порезвей привычного манера,
но это - не Орфей, не музыка Гомера.
Тут память коротка. Лишь песни отзвучат,
как с нового листка поют на свежий лад.
Здесь памятники есть одержанным победам,
столь дивным, что невесть, как удавались дедам.

На мраморах - кармин. Слова звучат как стон:
"Погибшим - Саламин; Платеи; Марафон".
Любой почётный знак - знамение эпохи.
Здесь полчище вояк - все плуты и пройдохи -
побили всю подряд персидскую орду,
несметный строй солдат, пришедших на беду.

Вот агора - торжок, площадка жарких прений.
А я, как раз, - знаток таких людских скоплений.
В каком же мы из снов ? Неуж ты, Бахус, спишь ?
Весь здешний сход дельцов напомнил мне Париж.
Жду Фавнов и Дриад, зову Сильванов.
Придёт пора услад. Исчезнет смог обманов.

Перчаток понашьют для всех косматых лап.
Дриадам сыщут тут экстравагантных шляп.
Париж - родня Афин. И нам пора за ужин.
О Бахус ! К чёрту сплин, и дальний край не нужен.
Ты ж, Муза, не смолкай, будь бодрой каждый миг,
и день и ночь питай мой песенный родник !


Charles Cros Evocation, 8-е.

J’ai longtemps ecoute tes doux chuchotements,
Muse ou demon des jours actuels. Mais tu mens !
Venez Nymphes, avec vos longues chevelures ;
Chantez, rossignols morts jadis dans les ramures,
Parfums d’avant, parfums des la-bas : mon ennui
Veut s’oublier, en vous, des odeurs d’aujourd’hui.

Venez Sylvains, venez Faunes, venez Dryades !
Nous avons tant souffert de vivre en ces temps fades.
Venez Dryades et Sylvains ! dansez en ronds
Sur les pelouses ! Viens, Bacchus, et nous rirons
Viens ! Que fais-tu la-bas, dans le fond de l’Asie ?
Tes femmes soules, et tes tigres ?… fantaisie
De vetyver, de musc, de betel, de santal ;
Ces femmes avec leurs parures de metal,
Ces rubis, ces saphirs, ces fleurs, poison qui berce,
Ne valent pas l’Europe impassible et perverse.

Viens ! Voici se dresser le grand chene, le pin ;
Viens au pays heureux du vin frais, du bon pain.

Voici l’Hellade ! Nous allons avoir des fetes
Plus claires que les plus beaux reves des prophetes.
Viens donc voir ces ruisseaux, ce ciel, ces oliviers,
Ces monts ou l’on a pris les marbres envies.

Promenons-nous. Vois donc ces hommes et ces femmes
Dont resteront toujours les formes et les ames ;
Les femmes, a travers le rideau des roseaux,
Qui nagent, en jasant plus haut que les oiseaux ;
Les hommes, recitant des vers sous les portiques,
S’interrompent avec des riantes critiques.
Ils suivent le chemin que bordent les tombeaux,
Car dans ce pays-ci, les morts meme sont beaux ;

Et Platon, a travers sa barbe aux ondes blondes,
Melodieusement, dit la chanson des mondes.
Praxitele s’en va, la-bas, avec Venus
Qu’il a sculptee et qui lui doit bien ses seins nus…

Au marche, colore de citrons, de tomates,
Vois ces marchandes au nez droit, aux paleurs mates ;
Aristophane rit et se querelle avec
Ces fruitieres sans honte au plus pur accent grec.
Assez de vos sachets, filles de Thessalie !
Allons plus loin, passons la ruelle salie
Par les trognons de choux et les cosses de pois.
Allons plus loin encore, allons dans les endroits
Ou la flute soupire, ou la harpe resonne.
Oh ! ce n’est pas Orphee, Homere ni personne
Qu’on va nous faire entendre ici, mais des chansons
Qu’on oublie et toujours qu’on refera. Passons.

Et ces temples et ces monuments de victoire
Inesperee, a qui la raison n’eut pu croire !
Sur ces marbres ambres, quels mots rouges lit-on ?
Morts a Platee, a Salamine, a Marathon !

Ce sont les souvenirs immortels des batailles
Ou dix mille Atheniens - soit dix mille canailles,
Tuerent par hasard cent mille bons Persans
Bien armes, bien nourris, bien ranges, bien pesants.

L’Agora ! comme on s’y dispute, on s’y demene !
Mais je connais trop bien cette maree humaine ;
Ai-je reve, Bacchus ? Ces paroles, ces cris,
Ces gens d’affaires, ca me rappelle Paris.

Venez Sylvains, venez Faunes, venez Dryades !
Venez ! Les jours presents ne seront plus si fades.
Cravatez-vous, Sylvains ; Faunes, mettez des gants ;
Dryades, montrez-nous vos chapeaux arrogants,
Allons souper, Bacchus ! Paris vaut bien Athenes.
Je quitte sans regrets mes visions lointaines.

Oh ! Berce-moi toujours de tes chuchotements,
Muse ou demon des jours actuels et charmants.

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).


Шарль Кро Вальс, 9-е.
(Перевод с французского).

1
Средь парка, идя влажной тропкой,
в сиреневый весёлый вечер,
он обнимал меня за плечи.
Была я юною и робкой.

Я верила вралю,
словам: "Я вас люблю !"
Ко мне все вальсы мира
слетались из эфира.

С тех пор по вечерам,
по памятным местам,
я шла, как в храм,
в тиши аллей, чтоб встретить там
Кумира.

Средь парка, идя влажной тропкой,
была я юною и робкой.

2
В горячем вальсе с ним теперь другая.
Зелёные глаза глядят в упор.
Он сам не свой, поймав коварный взор.
А я его люблю и умираю.

Я верила вралю,
словам: "Я вас люблю !"
Ко мне вальсы мира
слетались из эфира.

Но парк уже не храм,
там мрак по вечерам,
и воздух - не бальзам,
и, хоть умри, не встретить там
Кумира.

В горячем вальсе с ним теперь другая,
а я забыта им и умираю.

Сharles Cros Valse , 9-е.

I
Loin du bal, dans le parc humide
Deja fleurissaient les lilas ;
Il m’a pressee entre ses bras.
Qu’on est folle a l’age timide !

Par un soir triomphal
Dans le parc, loin du bal,
Il me dit ce blaspheme :
« Je vous aime ! »

Puis j’allai chaque soir,
Blanche dans le bois noir,
Pour le revoir
Lui mon espoir, mon espoir
Supreme.

Loin du bal dans le parc humide
Qu’on est folle a l’age timide !

II

Dans la valse ardente il t’emporte
Blonde fiancee aux yeux verts ;
Il mourra du regard pervers,
Moi, de son amour je suis morte.

Par un soir triomphal
Dans le parc, loin du bal
Il me dit ce blaspheme :
« Je vous aime ! »

Ne jamais plus le voir…
A present tout est noir ;
Mourir ce soir
Est mon espoir, mon espoir
Supreme.

Dans la valse ardente il l’emporte
Moi, je suis oubliee et morte.

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).



Шарль Кро Нескончаемая эпоха. 10-е.
(Перевод с французского)

Клинопись ! Ты рассказала
правду - про жизнь, про дела.
Мерно тряслись опахала.
Свита была весела.

Было у Сарданапала
денег в казне - без числа,
было красавиц немало -
всё расточил он дотла.

Зря он блистал в диадеме:
всё растаскали купцы,
плюс казнокрадское племя.

Царская слава - на время.
Только поэты-певцы
сеют бессмертное семя.


Charles Cros Epoque perpetuelle, 10-е.

Inscriptions cuneiformes,
Vous conteniez la verite ;
On se promenait sous des ormes,
En riant aux parfums d’ete ;

Sardanapale avait d’enormes
Richesses, un peuple dompte,
Des femmes aux plus belles formes,
Et son empire est emporte !

Emporte par le vent vulgaire
Qu’amenaient pourvoyeurs, marchands,
Pour trouver de l’or а la guerre.

La gloire en or ne dure guere ;
Le poete seme des chants
Qui renaitront toujours sur terre.

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).



Шарль Кро Сонет ("La robe de laine..."), 11-е.
(Перевод с французского)

И обольстительный и величавый,
ваш креп струился в светлых переливах,
узор стелился в колдовских извивах,
и в душу проникал ваш смех лукавый.

История - Увы ! - была кровавой,
но мне не хочется корпеть в архивах.
Не мне судить о женщинах красивых,
увенчанных потом всемирной славой.

Елена, Клеопатра и Лаура !
Грома гремят. На небе тучи хмуры.
Война вскипает из-за ваших чар.

Вас потешает слог моих творений.
Вы мне вмените массу прегрешений..
Сдаюсь - и посвящаю вам свой дар !

Charles Cros Sonnet, 11-е.

La robe de laine a des tons d’ivoire
Encadrant le buste, et puis, les guipures
Ornent le teint clair et les lignes pures,
Le rire a qui tout sceptique doit croire.

Oh ! je ne veux pas fouiller dans l’histoire
Pour trouver les criminelles obscures
Ou les delicieuses creatures
Comme vous, plus tard, couvertes de gloire

Cleopatre, Helene et Laure. Ca prouve
Que, perpetuel, un orage couve
Sous votre aspect clair, fatal, plein de charmes.

Vous riez pour vous moquer de mes rimes ;
Vous croyez que j’ai commis tous les crimes !
Je suis votre esclave et vous rends les armes.

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).


Шарль Кро Сонет "Vent d'ete..." 12-е.
Посвящено художнику Улиссу Року
(Перевод с французского)

Дуй, ветерок ! Красавицы милей,
когда их перси дышат веселей.
Успев цветочных запахов дохнуть,
ты им ласкаешь стянутую грудь.

Под летним ветром, посреди полей,
все венчики - синей, алей, белей,
а птички, после ссор да спев чуть-чуть,
потом резвей взлетают отдохнуть.

Любовь моя ! Приди ко мне в объятья.
Как розовые запахи крепки !
Дурманящей их силе вопреки,

будь без колец, не прячь груди под платье,
и с красоты покровы совлеки.
Как роза, сбрось на землю лепестки.

Charles Cros Sonnet, 12-е.

А Ulysse Rocq, peintre

Vent d’ete, tu fais les femmes plus belles
En corsage clair, que les seins rebelles
Gonflent. Vent d’ete, vent des fleurs, doux reve
Caresse un tissu qu’un beau sein souleve.

Dans les bois, les champs, corolles, ombelles
Entourent la femme ; en haut, les querelles
Des oiseaux, dont la romance est trop breve,
Tombent dans l’air chaud. Un moment de treve.

Et l’epine rose a des odeurs vagues,
La rose de mai tombe de sa tige,
Tout fremit dans l’air, chant d’un doux vertige.

Quittez votre robe et mettez des bagues ;
Et montrez vos seins, eternel prodige.
Baisons-nous, avant que mon sang se fige.

Из книги: "Le Collier de Griffes", 1908 (pocthume).















Владимир, отлично! Но две строки выпадают по ритму из сонетной формы.

Будя стремления, вещали корифеи.
и
о Принце - крестнике прекрасной доброй Феи...

Получаются стремлениЯ и крестникЕ.